Книга Живое сердце, страница 20 – Марина Ясинская, Татьяна Петровска (Титова)

— Что ж, давайте уже скорее покончим с этим делом, – утомлённо произнёс он и небрежно взмахнул рукой, будто давая рыцарям королевское разрешение приступить к делу.

— Кажется, пора бежать, – услышала Вика за спиной шёпот Лукаса. Оказывается, пока они с Маркусом вели переговоры с рыцарями, тот потихоньку, по шажочку к ним приближался и сейчас стоял совсем рядом. А значит, всё слышал.

— Я тоже так думаю, – прошептала Вика, не поворачиваясь к Лукасу. – Но Маркус почему-то упёрся и, кажется, собирается участвовать в поединке. Только зачем?

— Что значит зачем? – удивился Лукас, а жёлто-чёрная мечта, удобно устроившаяся у него на плече, приподняла мордочку и взглянула на хозяина. – Чтобы получить недостающие осколки. Мы же ради этого сюда явились.

— Да я помню, – отмахнулась Вика. – Но я не про то. Маркус не хотел быть королём. И уж тем более он не верит в Иизбранных. Его никогда не волновали чужие интересы и великие цели. А тут вдруг он готов на такие жертвы – и даже не ради собственной выгоды!

— Зря ты так, – не согласился Лукас. – Мне кажется, Маркус хотел лишь казаться бесчувственным и равнодушным. А на самом деле он никогда таким не был. Да вспомни хотя бы, сколько раз он нас выручал… Пусть даже прежде и устраивал представление «я весь из себя такой безразличный темноход, и мне на вас плевать».

— Тоже верно, – согласилась Вика. Совсем недавно она и сама думала о переменах, которые заметила в Маркусе, – и гадала, действительно ли он менялся или же всегда был таким, просто это скрывал.

Возможно, дело было всё-таки в цели. Точнее – в её отсутствии; жизнь темноходов, как бы её ни романтизировали, представляла собой не что иное, как доставку писем – пусть и крайне осложнённую тем, что часть пути проходилось проделывать через Тумарье. Наверное, при желании в этом занятии тоже можно было увидеть некую Цель: поддерживать хрупкие ниточки почти разорвавшихся после Раскола связей, давать людям, потерявшим близких, надежду… Но Вика сильно сомневалась, что Маркус когда-то смотрел на своё занятие с этой точки зрения. И уж точно его так не романтизировал. Нет, как и все темноходы, он в первую очередь думал о денежной выгоде.

И лишь сейчас, когда Маркус поверил, что Восьмирье действительно может воссоединиться и он в силах этому поспособствовать, у него наконец-то появилась настоящая Цель. И он стал готов даже на такие, казалось бы, не свойственные ему поступки – например, на бескорыстные жертвы.

Рыцари тем временем суетились и шумели, облачая в доспехи одного из своих. Похоже, именно ему предстояло участвовать в поединке с монстрами Тумарья. Латы, нарукавники, наножники, массивный шлем – и вот уже рыцарь превратился в ходячую крепость – с неизменным белым плащом, красивыми складками спадающим за спиной.

— Горн! Горн принесли? – донеслись до девочки взволнованные голоса.

«Что за горн?» – подумала Вика, а затем увидела, как один из рыцарей поднял над головой что-то большое, блестящее, в форме изогнутого рога. Видимо, тот самый горн. Непонятно только зачем.

— Ну что, все готовы? – спросил шахматный рыцарь.

— Простите, – вмешалась Вика. – А вы ничего не забыли?

— В смысле?

Девочка выразительно посмотрела сначала на облачённого в тяжёлые доспехи рыцаря, а затем – на Маркуса в самой обычной одежде, без какой-либо защиты против Тумарья. На фоне своего массивного соперника он выглядел щуплым и уязвимым.