Книга Окна Делириса, страница 21 – Марина Ясинская, Татьяна Петровска (Титова)

Вика замолчала, когда Эрик закрыл лицо руками и его плечи затряслись.

— Эй, – испуганно позвала девочка. – Что случилось?

Эрик словно и не услышал. Тогда Вика осторожно дотронулась до его руки и прошептала:

— Кто он такой, майстер Нилс? Ты его знаешь?

Эрик поднял голову, решительно смахнул слёзы и ответил:

— Он наш отец.

Вика всхлипнула от неожиданности и от радости – и за Ингу с Эриком, и особенно за майстера Нилса. Его дети живы и здоровы – и какими замечательными выросли!

Но прежде, чем девочка успела сказать хоть слово, в воздухе мелькнула тень и в руки Эрика опустилось что-то встрёпанное, пушистое, цвета какао с молоком, с оранжевым клювиком и крыльями с синеватым отливом…

Мечта.

«Ах, как бы я хотела, чтобы Ванилька умела говорить!» – подумала Вика, когда мечта вернулась из дворца. Нашла ли она Маркуса? Увидел ли он её? Там ли мама? А папа?

В показушной гостиной майстера Цверга завтрак с парадным фарфором сменился на торжественный обед. На этот раз, когда ребята постучали, пароль у них не требовали, а сразу распахнули дверь.

— Вы уже звезданули меня сегодня? – строго спросил майстер Цверг, прежде чем впустить их внутрь, и Вика с Эриком послушно шлёпнули по звезде возле окна.

В глубине дома, на кухне, за столом сидело трое незнакомцев: двое мужчин, один лысый и бородатый, а другой – черноволосый и носатый и женщина с волосами, заплетёнными во множество косичек. Вика по привычке насторожилась, но потом заставила себя расслабиться. Наверняка это начали прибывать члены Сопротивления с осколками Сердца, которые они хранили.

Неловкую тишину нарушил Эрик.

— Здравствуйте, – сказал он и погладил свою мечту; с тех пор как она у него появилась – или вернулась к нему? Надо будет спросить! – он постоянно к ней прикасался, словно хотел убедиться, что она действительно здесь. – Я дежурный со станции Виндука. А это Вика, – добавил он так, словно её имени более чем достаточно, чтобы все поняли, кто она такая. И по-видимому, был прав, потому что никто не выказал ни намёка на удивление или непонимание.

— Я с Ланубы, – ответил носатый мужчина.

Название Осколка отозвалось эхом смутного воспоминания. Уж не там ли, как верил Никс, была его мама?

— С Куидама, – сказала женщина и тряхнула копной косичек.

— Вы, наверное, знакомы с тётей Генриеттой, – заметила Вика.

— Знакома, – ответила та так, будто аккуратно подбирала слова. – Не знаю, что она тебе говорила про Сопротивление – и говорила ли вообще хоть что-то, но…

— Я знаю, что она не всегда соглашалась с тем, что и как делает Сопротивление, – решила облегчить ей задачу Вика.

— Да, – с готовностью подхватила женщина. – У фреи Тилль непростой характер, и если она что-то решила, то порой её сложно переубедить.

— Это точно! – хмыкнула Вика.

— А я из Фортуги, – сказал лысый бородатый мужчина.

— Из Фортуги! – воскликнула Вика. – А вы, случайно, не знаете, сын городового с Куидама всё ещё там? – выпалила она прежде, чем сообразила, как нелепо задавать такой вопрос.

В Фортуге живёт несколько тысяч человек; разумеется, каждый житель города не будет знать всех остальных!

— Конечно, там, – к полной неожиданности, ответил мужчина, – куда ж ему деться?

— Он в порядке? – уточнила Вика.

Не то чтобы она так уж беспокоилась насчёт Никса; она была почти уверена, что мечта не даст его в обиду и отгонит любую пичальку, если та вздумает снова прицепиться, но всё же…