Онлайн книга «Дно мира»
|
— Очень, – вразнобой ответили констебли. – Спасибо за угощение. — Доброй ночи, – вежливо попрощалась Вика. Запасных ключей на столе она не увидела. Но даже если бы они лежали прямо тут, у всех на виду, Вика уже поняла, что пост без присмотра в любом случае не оставляют; когда кто-то из констеблей уходит проверить узников, другой всегда остаётся на месте. Единственный способ обыскать стол – это отвлечь их всех сразу. Устроить что-то такое, чтобы они все сорвались с места и убежали. Или… И тут Вика улыбнулась. Кажется, у неё есть решение! В одной тёмной кладовке она видела баночку с приправой «сонливость»! * * * Прошло пять дней. Пять очень долгих дней в тюрьме, точнее, и дней, и ночей, ведь просить приюта в Куузе Вике было не у кого, да и не стала бы она так рисковать и покидать здание, не зная, сможет ли туда вернуться. К тому же после разговора с Юргом ей не особенно хотелось выходить в город: похоже, это довольно мрачное и неуютное место. Все эти пять дней Вика без отдыха работала на кухне и ни разу не поговорила с тётей Генриеттой; если её и отправляли развозить еду или забирать посуду, то всегда на другие уровни и в другие коридоры. А ещё Вика очень устала; ей никогда в жизни не приходилось так тяжело трудиться! Стоя в клубах горячего пара, поднимавшегося от лохани с водой, возле которой высились горы немытой посуды, Вика с усмешкой вспоминала, как когда-то считала, что ходить в школу – это тяжело и что она очень устаёт. А пропылесосить ковёр по просьбе мамы казалось ужасно утомительной задачей… Какая же она была наивная! Днём было не до мрачных раздумий, работа занимала всё время и мысли, но по ночам на душе становилось так муторно! Свернувшись калачиком в холодной кладовке, Вика подолгу не могла уснуть, её одолевали мрачные мысли. Никогда ещё она не чувствовала себя в Восьмирье такой одинокой! В Ово были майстер Нилс и Лукас, в Куидаме – Лукас и тётя Генриетта, и даже в Фортуге оставались Маркус и Николас, а это хоть какая-то поддержка. Но тут, в Куузе, у Вики не было вообще никого! Не считая Ванильки, конечно, но всё-таки мечта – это одно, а человеческая поддержка – это совсем другое. Всё виделось Вике в таком чёрном цвете, что порой ей и вовсе начинало казаться, будто она так и останется навсегда тут, в Восьмирье, в тюрьме Куузы. А решимость устраивать побег таяла, потому что эта затея даже в глазах Вики начинала выглядеть всё более и более безумной и провальной. «Может, в нашу еду тоже что-то добавляют? Уныние или обречённость?» – задавалась вопросом Вика, ловя себя на мрачных мыслях. Но она видела, как готовят для работников тюрьмы, и прекрасно знала, что никаких таких специальных приправ в их блюда не подсыпают. Просто было удобнее думать, что в унынии виновата не она сама, а какая-то добавка, которую ей подмешали против воли. Изо дня в день настроение становилось всё хуже. На шестую ночь, когда Вика прокралась на кухню глубоко за полночь, потому что захотелось пить, в тусклом свете фонаря, который никогда не гасили, она вдруг увидела, что её руки в чём-то испачканы. Девочка попыталась их помыть, но вода не смыла грязь. Тогда она попробовала стереть грязь полотенцем – и снова ничего не вышло. Подойдя поближе к фонарю, Вика поднесла руки к глазам, чтобы лучше рассмотреть, что за грязь въелась в кожу, – и увидела, что это и не грязь вовсе, а тонкий чёрный слой какой-то непонятной субстанции, немного смахивающей на туманную дымку. |