Книга 32 августа, страница 31 – Марина Ясинская, Татьяна Петровска (Титова)

«И вот это – самое необычное воспоминание, которое она выбрала?» – удивилась Вика. Она-то думала, что фрея Грета возьмёт что-то более оригинальное. Например, что-нибудь из поездки к морю. Или из первого и пока единственного её спуска с холма на сноуборде. Или хотя бы из катания на американских горках. Ох, да мало ли у Вики по-настоящему интересных воспоминаний! Однако почему-то хозяйка конфитюрной взяла нечто совершенно обычное, будничное и непримечательное.

Хотя… Это Вике осенний парк кажется обычным. Наверное, потому, что она слишком часто его видела и перестала замечать. А если посмотреть на него свежим взглядом, то он, оказывается, чудо как хорош! Есть в нём особое хрустальное осеннее очарование и торжественная прелесть угасающей перед зимой природы. И если бы не хозяйка конфитюрной, Вика, наверное, никогда бы не поняла, как на самом деле чудесно это её воспоминание.

Можно ли не замечать красоту? Выходит, что можно.

«Как же это грустно», – подумала Вика.

Из рюкзака высунулась Ванилька и тихо чирлыкнула.

Хлопнула входная дверь. Громко звякнули серебряные щипчики – это фрея Грета уронила их при виде нового посетителя.

А Вика, ещё не обернувшись, как-то сразу догадалась, кто зашёл в конфитюрную.

Это был темноход.

Темноход оказался совсем юношей, но Вика поняла это не сразу. Тёмные, с пепельными прядями волосы были растрёпаны, яркие серые глаза хмуро глядели исподлобья, на шее виднелась метка, похожая на татуировку, а залёгшая между бровями глубокая складка выдавала внутреннее напряжение. Из-за этого он выглядел старше своих лет. Только когда Вика присмотрелась к темноходу получше, она поняла, что ему вряд ли больше шестнадцати.

— Фрея Грета? – спросил темноход.

— Неужели есть вести о моей дочери? – воскликнула хозяйка конфитюрной, прижав руки к груди.

— Вашу дочь зовут Аннализа, у неё зелёные глаза и все щёки в веснушках? – уточнил юноша.

— Да, да, это она! О, пожалуйста, не томите! Что с ней?

— Ваша дочь передаёт вам большой привет. Она сейчас живёт в Амалу́не.

— В Амалуне! – ахнула хозяйка конфитюрной. – Но почему же её там раньше не находили? Я ведь просила нескольких темноходов её разыскать.

— Линия раскола прошла прямо через город, и теперь части Амалуна раскиданы сразу на трёх разных Осколках, – пояснил юноша-темноход. – Ваша дочь говорит, что очень скучает. В прошлом году она вышла замуж, и скоро у вас должен появиться внук или внучка.

Фрея Грета закрыла лицо передником в горошек и тихо заплакала.

— Она говорит, что у неё всё хорошо, и единственное, чего ей не хватает для полного счастья, – это возможности вас обнять, – невозмутимо продолжал юноша. То ли он давно привык к проявлению эмоций, то ли они его просто не трогали. – А ещё она очень соскучилась по вашему персиковому варенью с грецким орехом и летним дождём в лесу.

— А письмо она не передала? – с робкой надеждой спросила хозяйка конфитюрной, отнимая передник от лица.

— Нет. Она не была уверена, что я сумею вас найти. Но теперь, когда вы обе точно знаете, где каждая из вас находится, можете смело передавать письма.

— Огромное вам спасибо, молодой человек! – воскликнула фрея Грета. – Кстати, как вас зовут?

— Маркус.

— Маркус, вы же ещё побудете какое-то время в Ово? Я бы хотела написать дочке письмо и попросить вас зайти ко мне завтра забрать его. Или я сама могу прийти, куда вам будет удобно.