Книга Ночная радуга, страница 50 – Марина Ясинская, Татьяна Петровска (Титова)

Издалека вечерняя Фортуга казалась очаровательной: тёмные силуэты низких домов, уютный свет, льющийся из окон и от уличных фонарей, запах жареного мяса и отголоски весёлой музыки. Позади города золотистые блики скрывающегося за горизонтом солнца танцевали на водной глади. Возле берега на волнах покачивался трёхмачтовый корабль со спущенными парусами. Выходит, в Восьмирье всё-таки есть мореходы!

Вблизи ощущение, что Фортуга – «пиратский» городок, только усилилось. Маркус вёл маленькую группу по улице, идущей вдоль берега; был слышен плеск волн и скрип снастей парусника, в переулках с визгом носились коты, на берегу, зарывшись носом в песок, стояли рыбацкие лодчонки, на улицах тут и там лежали пустые бочки и мотки канатов, сушились развешанные сети, из двери таверны доносились весёлые звуки немного расстроенного пианино, пахло морем, водорослями и рыбьей чешуёй, остывающим солнцем и беспечностью…

С шумом распахнулись окна на втором этаже, и женщина, перегнувшись через подоконник, выплеснула содержимое ведра прямо на улицу. Вика ожидала, что сейчас раздастся «плюх», но увидела, что вместо помоев и мусора из ведра на землю полетели сгустки чёрного тумана.

— Да чтоб тебя! – раздалась снизу ругань случайного прохожего, на которого попали выброшенные плохие эмоции. – Смотри, куда выливаешь, курица!

— А нечего под окнами шастать! – задорно отозвалась ничуть не пристыженная женщина.

Маркус остановился у обшарпанного двухэтажного здания, из окон которого лился гомон голосов, взялся за ручку двери, но, прежде чем войти, обернулся к Элле:

— А ты чего за нами увязалась? Из Тумарья мы тебя вывели, в Фортугу привели – иди домой!

Элла пожала плечами.

— Я собираюсь поужинать.

— Непременно в этой таверне? – насмешливо протянул Маркус.

— Да, здесь очень вкусный пирог с зайчатиной, – спокойно ответила Элла.

Темноход, похоже, ей не поверил, но тем не менее толкнул дверь, и изнутри донеслись ароматы чего-то жареного и пряного, а также запахи забродивших яблок и последних слухов.

Вика вошла и огляделась. Перед ней открылся полутёмный зал с низким потолком и грубо сколоченной мебелью; за невысокой барной стойкой суетился хозяин. Большинство столов было занято посетителями, которые ели, пили и оживлённо переговаривались.

— Садитесь туда и не привлекайте к себе внимания, – скомандовал Маркус, указывая на пустой стол в самом тёмном углу. – Я пойду узнаю последние новости и вернусь. Постарайтесь до той поры ни во что не вляпаться, договорились?

Вика немного обиженно кивнула. Маркус говорил с ними как с маленькими и таким тоном, словно именно Вика была виновата во всём происходящем. Но это не так! Если она и вляпывалась во что-то, так уж точно не по своей воле! В Восьмирье, например, она очутилась совсем не по своему желанию!

Вика с Никсом уселись за стол, который, похоже, и не протирали, – он был весь в подсыхающих липких разводах и крошках. Элла устроилась рядом с ними.

— Спасибо, что помогли, – поблагодарила она.

— Разве можно было поступить иначе? – отозвалась Вика. – Кто же откажется помочь человеку, оказавшемуся в Тумарье?

— Например, темноходы, – процедила сквозь зубы Элла и окинула неприязненным взглядом посетителей таверны.

— Ну, значит, хорошо, что мы не темноходы, – легко ответила Вика. Она уже поняла, что темноходов Элла, мягко говоря, недолюбливает.