Книга Кровь хрустального цветка, страница 85 – Сара А. Паркер

Но он не подходит. Чтобы разместить финальный кусочек, придется ждать следующего сезона.

Разглядываю коллекцию разноцветных камней на столе, самых разных форм и размеров. Некоторые разрисованы миниатюрными садами, иные – сценами из окрестностей замка или из прочитанных книг. На третьих – фрагменты моих кошмаров, которые я рисую, когда подсознание ещё долго терзает меня после пробуждения.

Обычно это занятие меня успокаивает, но сейчас все совсем не так.

Спихиваю мокрые волосы с обнаженного плеча и, слезая с табурета, издаю стон – та интимная часть меня, разгоряченная и распухшая, мгновенно тоскует по ощущению холодной поверхности, о которую я терлась с тех пор, как приняла последнюю ванну.

Груди так ноют, тяжелые и налитые, что мне невыносимо смотреть вниз. Кожа пышет иссушающим жаром, жаждущим даже малейшего прикосновения кончиком пальца.

Я об этом не просила, я этого не хочу, и я ненавижу то, что гон со мной делает. Как он завязал меня в животный узел, перекроил мой разум и заставил думать, что для выживания мне нужно только одно: горячий, грубый секс. Глубокий. Жесткий, который меня вспашет и оставит мокрой внутри.

Будь проклят этот гон.

Смотрю сквозь залитое водой окно на затянутый туманом лес Ватешрам. На дикий океан, который хлещет ветром и покрывает дождем.

Я уже пять дней торчу наверху, лишенная своей привычной рутины. Пять дней обнаженная, разгоряченная и все время мокрая.

От пота, от воды из ванны…

И между ног.

Небо озаряет вспышкой молнии, и я хмурюсь, думая о Кае во власти стихии. Однажды он упомянул, как из‐за грозы потерял друга, и рассказ посеял во мне зерно вечной тревоги.

Я скучаю по Каю. Жаль, что я не могу с ним поплавать – чтобы меня швыряли туда-сюда злые волны, пока я не почувствую себя нормально.

Я уже забыла, каково это.

Толкнув тяжелую дверь, выхожу на балкон, подставляю дождю опаленную, обнаженную кожу.

Она не издает шипения, но я его чувствую. Дрожу от него. Питаюсь им.

Хватаюсь за балюстраду и запрокидываю голову, даю крупным каплям остудить лицо. Плечи. Голую грудь. Даже открываю рот и глотаю дождь в надежде, что он охладит меня изнутри.

Но эти корни внизу моего живота все еще ищут, куда погрузиться. Все еще требуют, чтобы мои бедра раскрылись.

Мне не нравится ощущение, что я невластна над собственным телом. И без ежедневных дел, которыми я занимаю голову, у меня слишком много времени для размышлений. Это всегда пробуждает существо, тяжестью сидящее в груди, – оно съеживается и раздувается по своему разумению и бьет меня изнутри. Мне просто хочется сломать себе ребра и высвободить его, но я не могу…

Время от времени оно подводит мой разум к краю зияющей пропасти. Заставляет смотреть вниз, во мрак, держит мои глаза открытыми, когда я пытаюсь их зажмурить.

Кричит мне: «Прыгай!»

Несмотря на мое непоколебимое любопытство, я не могу найти в себе силы на прыжок… я уверена, что меня выплюнет обратно по кусочкам.

Опускаю голову и сжимаю кулаки. Этот плотский огонь, кажется, подпитывается бесконечным запасом топлива. Очередное напоминание, что все меняется, и я это ненавижу. Хочется вырезать это ощущение из себя – и именно так я понимаю, что дела действительно плохи.

Разминая пальцы, я делаю глубокий вдох, чтобы расслабить грудь.