Книга Закон тирана, страница 177 – Дэниел Абрахам

— Джорей говорит, что на зиму вы отправляетесь на север, – начала Клара. – Кажется, я знаю причину.

— Отец все равно бы настоял, – поведала Сабига. – Приехал бы и забрал нас с охоты.

— Неужели? Какой чудесный отец.

— Поэтому мы вернемся лишь следующей весной, избежав изрядной доли сплетен в наш адрес, – добавил Джорей.

— Уж сплетен-то на всех хватит, – заверила его Клара. – Их всегда избыток.

— Знаю, – кивнул Джорей, – но ты даже находишь в них удовольствие. Впрочем, мы вот что хотим спросить. Не желаешь ли поехать с нами? Конечно, Эстинпорт с начала зимы до открытия придворного сезона и даже позже – не более чем одна глыба льда и соли, но леди Скестинин наверняка сумеет всех устроить в доме. И тогда ты могла бы…

Да. Могла бы. Могла бы приблизиться к властным кругам. Подслушать что-нибудь полезное о флоте и о планируемых морских кампаниях. Изложить услышанное в анонимных письмах, отправляемых в Карс. И ради этого бросить все – буквально все.

— Ты очень заботлив, милый, – ответила Клара. – Но сейчас не время.

Загадочные письма настигли Гедера на полпути к поместью лорда Аннерина: четыре листа, три разных почерка. В ближайший вечер после их получения лорд-регент Гедер Паллиако оставил принца Астера распоряжаться королевской охотой, призвал ближайших советников – Флора, Эмминга, Даскеллина, Мекилли и мэтра Басрахипа, велел запрячь самые быстрые кареты и во весь опор устремился на юг. Самое скандальное происшествие сезона, никаких сомнений. Писем он никому не показывал и ничего не объяснял – по разным причинам. Ему было безразлично, что о нем скажут.

Впрочем, нет. Ночами он не смыкал глаз не из-за жесткой постели. Не из-за отсутствия тихой музыки, ублажавшей его в Кингшпиле. Гедера гнал вперед стыд за то, что он посмел довериться этим родовитым и властным лордам. Стыд и ярость. Что ж, скоро он узнает правду. Уже скоро.

Выезжали затемно, останавливались на ночлег уже после заката. На всех постоялых дворах и почтовых станциях меняли измученных лошадей на свежих и трогались с места в тот же миг, как кончали запрягать. Лорд Эмминг пытался было возражать, но Гедер напомнил ему, что сопровождающие их мечники и лучники – личная стража лорда-регента и если лорд Эмминг предпочитает воздержаться от путешествия, то навалить груду камней над его телом не составит труда. Больше роптать никто не осмелился.

Через вольный город Орсен промчались, как чумное поветрие, перевал на границе Элассы одолели, невзирая на снег и лед. Местные твердили об опасности, но Гедер не допускал задержек. Потеряли троих людей и двух вьючных мулов, но через пять дней мучительно медленного продвижения достигли южных отрогов. Драконья дорога расчистилась, начался последний этап путешествия.

Киария, горная твердыня, была врезана в самый камень скал. Медные ворота у первой стены вознеслись на двести локтей; их работа подчинялась механизму, скрытому в стене еще во времена драконов. Теперь ворота стояли сломанными, являя собой образец антейских достижений за месяцы осады. Причем образец единственный – вторая стена стояла нетронутой, а за ней еще третья, четвертая и пятая. У подножия гор, по обе стороны от главных ворот, расположилась армия Антеи. Армия Гедера. Землю вокруг устилало месиво из льда, снега, земли и навоза. Кожаные палатки трепал налетающий с гор ветер; там, где год назад высились деревья, способные его задержать, теперь торчали голые пни. Все, что можно было сжечь, сожгли. Все пригодное в пищу съели. Армия, судя по донесениям, потребляла три тонны продовольствия в день, и это доставлялось посуху из Суддапала и Инентайев. На протяжении месяцев ежедневные три тонны продовольствия превращались к утру в три тонны нечистот. Армия, эта гордость и слава Антеи, торчала в собственном нужнике, пока тимзины, уютно расположившись в пещерах, смеялись над ее стараниями.