Книга Семь снежных ночей, страница 113 – Цан Юэ

Сюэ Цзые смотрела из окна повозки на высокие горы, погрузившись в свои мысли. Этот ребёнок… Мо-эр из Линьаня – он выздоровел? Хо Чжаньбай сумел найти наставницу? И та придумала способ справиться с этой болезнью, правда? У ребёнка должен быть шанс: наставница – прекрасная целительница. А если нет…

Сюэ Цзые растерянно взглянула на небо к югу, словно желая прочесть ответ на нём.

— Мы уже совсем рядом? – Она сжала бирку клана Шэн-хо в ладони и шепнула Мяо Фэну: – Сюэ Хуай говорил, что Куньлунь – это священная гора далеко на западе, где живёт Сиванму^[38]. Такой же край света, как ледяная бездна на севере. Сюэ Хуай также говорил, что небо на севере переливается всеми семью цветами и что по нему плывут бесчисленные огни и отражаются во льдах… – Сюэ Цзые закуталась в свою рысью шубу и пробормотала: – Словно прекрасный сон.

Мяо Фэн молча опустил голову, не смея посмотреть женщине в глаза.

Впервые он пожелал никогда не участвовать в той резне.

Прошло уже двенадцать лет, но Мяо Фэн по-прежнему помнил, как двое подростков вместе ушли под лёд. Возможно, будь он тогда немного милосерднее, этот Сюэ Хуай увёл бы Сюэ Цзые невредимой. Они бы сбежали от резни, покинули деревню и отправились к ледяному океану на далёком севере, чтобы жить там неузнанными.

Почему его рука за все эти годы не дрогнула ни разу?

Снаружи повозки дул сильный ветер, и Мяо Фэн слегка кашлянул, чувствуя себя так, словно по его каменному сердцу прошла трещина. Заметив это, Сюэ Цзые прикинула время и вынула набор игл, который всегда держала при себе.

— Пора использовать золотые иглы, – произнесла она.

Мяо Фэн отвёл её руку и спокойно сказал:

— Главе Долины теперь нельзя тратить силы ни на кого, кроме владыки.

На его лице не было никакого выражения – с тех пор, как с него упала эта вечно улыбающаяся маска, стало видно, что внутри он опустошён.

— Да тебя не поймёшь! – вспылила Сюэ Цзые. Она с гневом стиснула золотую иглу и прицелилась ему в грудь. – Твой владыка дал тебе лекарство? Я хочу помочь – прекрати плевать на себя!

Укол иглы был силён, и Мяо Фэн невольно нахмурился.

— Всё ещё больно! – Увидев это, Сюэ Цзые огорчилась.

Мяо Фэн посмотрел на неё со странным выражением лица и сказал:

— Если вы спасёте меня сейчас, позже будете сильно об этом жалеть.

— Да с какой стати? – отмахнулась целительница. – Я бы и бандита с большой дороги спасла!

Он улыбнулся в ответ.

— Я хуже.

Сюэ Цзые вопросительно взглянула на него, и Мяо Фэн негромко продолжил:

— Поймёте однажды.

— Вот и Куньлунь, господа! – вдруг весело воскликнул возница, и повозка остановилась.

Они наняли его в Улиастае. Мяо Фэну пришлось пообещать очень много денег, прежде чем возница согласился ехать так далеко на запад, куда никто до него не забирался.

— Уже прибыли? – Сюэ Цзые удивлённо обернулась, откинула занавеску и выглянула наружу.

Вдруг перед ней вспыхнул свет, и огромная, величественная снежная гора заслонила собой весь мир. Сюэ Цзые потеряла дар речи.

Это самый высокий пик Куньлуня? Такой высокий и крутой, что даже птицы едва ли могли добраться до его вершины. Он казался мечом, вонзающимся в небеса Западного края.

Сюэ Цзые всё ещё потрясённо разглядывала горы за окном, а Мяо Фэн уже вышел из повозки. Он бросил радостному кучеру слиток золота и отмахнулся от него. Затем почтительно поднял толстый полог у входа и с поклоном сказал: