Книга Мой командор, страница 93 – Татьяна Гончарова

Он отдельно подчёркивает, что эти два псионика совершили геройский поступок. Но законы империи не имеют обратной силы. Поэтому оба подлежат ликвидации, как опаснейшие и нестабильные элементы, с отдельным выяснением, как именно им удавалось до сих пор запретный дар скрывать.

Дальше… на экране показывают императора и Рину.

Император ободряюще улыбается дочери и делает широкий жест, показывая ей, что она может говорить.

Рина очаровательно улыбается и делает шаг вперёд.

Для меня очевидно, что она очень боится, но всё же взгляд её твёрд, а голос мелодичен и решителен.

Несколько непонятных жестов руками, странные почти несвязанные фразы про величие империи…

Я вцепляюсь в руку Кристана во все глаза рассматривая происходящее…

Рина сделала всё настолько быстро, что генерал Пергаз не смог отреагировать.

Принцесса успела до того, как Пергаз отдал приказ своим людям немедленно арестовать не только псиоников, но и императора — ведь он нарушил закон империи, покрывая преступников.

Рина опередила его. Поэтому приказ Пергаза остался без действия.

Бойцы Пергаза у стен опускают оружие, и гвардейцы императора наполняют зал — обезоруживают бойцов, встают рядом с генералом с двух сторон.

А я вспоминаю слова Кристана о том, что на принцессу Рину завязаны клятвы всех имперских военнослужащих. Люди Пергаза — не исключение. То, что она сделала и сказала, запустило этот механизм.

Ни один двойник не сделал бы это вместо неё, поэтому ей пришлось присутствовать лично.

Власть осталась у императора.

Смутно понимая, что происходит, я слушаю, как император приказывает арестовать генерала Пергаза за попытку государственного переворота.

После этого объявляет, что именно император — гарант соблюдения законов.

Поэтому, учитывая геройский поступок проблесковиков, он ставит под сомнение правомерность закона. А именно, основу его — утверждение о смертельной опасности обладателей этого дара.

Из его чёткой краткой речи следует, что Кристан Хэлтор и Милария Далар — совершенно надёжные и, безусловно, стабильные подданные империи. Благодаря их силе и преданности, вражеский флот разбит. Империя защищена и может жить в мире.

Да, закон есть. Согласно ему проблесковиков необходимо ликвидировать, это правда.

Но силой императорского слова, учитывая новые обстоятельства, этот закон с текущего момента будет подвергнут экспертизе.

Будет создана комиссия, которая проведёт расследование и примет поправки в закон.

Пока же на все решения по проблесковикам император накладывает мораторий — закон о проблесковиках приостанавливает своё действие до отдельного императорского приказа.

Гвардейцы уводят генерала и его людей.

— Продолжим награждение, — улыбается император, как ни в чём не бывало.

Награждение двух проблесковиков, с прямой трансляцией на всю империю, продолжается.

К императору подходит помощник, подаёт знаки высшей воинской награды империи — прямоугольные голографические плашки, выводящие проекцию переплётённых псионических полей.

Император собственноручно прикрепляет награды к мундиру командора и к платью его спутницы. Поздравляет их. Благодарит за безупречную службу. Объявляет трёхдневные празднования по поводу разгрома вардиранского флота открытыми.

Кристан выключает экран. Осторожным бережным жестом трогает моё лицо и приподнимает за подбородок. Заглядывает в глаза.