Книга Попала! Ошибка истинного, страница 20 – Мария Минц

Плохое предчувствие, уколовшее меня при взгляде на каменный столб, стало ещё сильнее. Я нервно сглотнула и прерывисто вздохнула.

Что меня ждёт в этой хижине?

Словно в ответ на эту мысль ноги задрожали и наотрез отказались туда идти.

— Замечательно, Абрахам, – донёсся оттуда ленивый голос, в котором я мигом опознала голос Феликса, – заводи её!

Его следующая фраза заставила меня похолодеть.

— Мне надо многое обсудить с ней… наедине.

Феликс действительно был внутри – сидел, положив ногу на ногу, держа в руках какой-то пожелтевший лист, в большом кресле, похожем на массивный пень, где роль спинки исполняли переплетённые друг с другом ветви.

Но моё внимание больше привлекло убранство хижины. Снаружи она показалась мне небольшой, однако стоило мне заглянуть внутрь, как всё пространство словно расширилось по бокам и взмыло вверх!

Я смотрела на просторный зал, чьи стены представляли собой крепко перевитые плющом ветви деревьев. Они уходили ввысь и терялись в… облаках?

Откуда облака в помещении? Это что, иллюзия?

— Иди, чего встала? – вдруг недовольно буркнул старик и больно пихнул меня в спину. Я ойкнула и машинально качнулась вперед, схватившись за косяк двери, чтобы не упасть.

— Больно же! – возмутилась я, но старик только проскрипел что-то невнятное в ответ.

— Абрахам, как ты обращаешься с нашей гостьей? – вдруг проплыл над каменным полом вкрадчивый голос Феликса, – Разве я приказывал что-то подобное?

— Но, господин Феликс, вы сами велели привести её побыстрее, а она вон, копается на каждом шагу! – бестолково забормотал Абрахам, и я спиной почувствовала исходящий от него страх.

Он невольно передался и мне, отчего сердце неприятно сжалось. Но самого страха перед Феликсом я не испытывала – наверное, потому, что он выглядел не намного старше меня. Я его больше воспринимала, как однокурсника, а не как какого-то злодея, затеявшего недоброе.

Странное чувство… буквально недавно мы с Тивадаем сидели в хижине и боялись всего, но когда меня поставили перед моим похитителем лицом к лицу, бояться уже не получалось.

Феликс раздражённо цыкнул, поднялся с кресла. Отшвырнул свой лист, сделал шаг вперёд…

В ушах у меня пронёсся пронзительный свист. Перед глазами мелькнуло рыжее пятно, и я вскрикнула от неожиданности, потому что увидела, что Феликс стоит совсем рядом!

Не удержалась, заглянула ему за спину.

Кресло опустело.

Феликс даже не взглянул в мою сторону и властным жестом выбросил вперёд руку по направлению к своему слуге. Скрючил пальцы так, будто схватил в пригоршню что-то невидимое.

Я машинально обернулась и обомлела.

Он не прикоснулся к Абрахаму, но тот неожиданно захрипел, засипел и, едва выдавив “Пощадите!”, упал на пол, где тут же скорчился.

— Эй, ты что делаешь? – ахнула я и кинулась к упавшему старику. Того колотило, словно в агонии.

Феликс не обратил на меня внимания. Щёлкнул пальцами свободной руки, и тело его слуги обвили плетистые колючие ветви, выхлестнувшиеся из воздуха.

Абрахам взвыл от боли. Я тут же вцепилась в одну, потянула ее на себя, и зашипела: мне в ладонь тут же вонзились тонкие острые иголки, усеивающие ветку!

— Хватит! – крикнула я Феликсу, – Зачем так издеваться?

Наконец-то он соизволил обратить на меня внимание. Презрительно скривил губы.