Книга Измена. Прости меня, любимая, страница 26 – Анна Герц

— Олеся, прошу постой здесь секундочку я прошу тебя! Я кивнула сквозь слезы смотря как он скрылся в доме, вернулся он минут через 10 неся в руках бутылку и зажигательную смесь. Я зажала рот рукой.

— Олеся, так всем будет лучше! Слезы катились по моим щекам, я смотрела, как вспыхнул дом в котором я провела всю свою жизнь.

Я сидела на траве у озера горько плача, Тихомир сжимал мои плечи.

— Мелкая, прости меня! Я не знаю что даже говорить, это я виноват… Искали меня!

— Бабушка! – рыдала я.

Какая разница кто был виноват, одно я знала точно, её я не верну, никогда не верну. Он поцеловал меня обнимая.

— Никому никогда не дам тронуть тебя, мелкая! Слово даю! У тебя всё хорошо будет!

По щекам текли слёзы, а в плечо словно впилась оса. Я мутными глазами смотрела на него.

— Прости, мелкая, я не могу тебя взять с собой, у меня есть Роза, а ещё…

Я тебе ничего не дам, но мы свидимся, можешь быть уверена в одном, я отомщу за смерть твоей бабушки, отомщу!

Перед глазами всё поплыло и я упала на траву. Вот и всё.

* * *

Мартынов во все глаза смотрел на меня.

— Ты что с ума сошла? Ты серьёзно? Удовиченко лучший адвокат! Он таких денег стоит! У меня такой суммы нет!

— Что значит нет? Парень ради тебя жизнью рисковал! Дочь от него беременна! Ты ребёнка без отца оставишь?

— Слушай что за глупости! Он уголовник!

— Уголовник говоришь? А что же не уголовники за тебя не заступились? Что же только уголовник заступился?

Мартынов выдохнул.

— Олеся, я не намерен в этом участвовать! Если у тебя есть лишние деньги, то плати сама! Удовиченко она нанимать собралась! Всё хорошо с тобой?

Я молчала. Нет. Ничего хорошего со мной не было. Хотелось в лицо ему плюнуть или вазу вон ту об его голову разбить. Она мне никогда не нравилась. Никогда.

— У меня нет таких денег, но я найду и да, я сама подаю на развод и на раздел имущества!

Лицо Мартынова пошло желваками.

— Ты что с ума сошла? Какой раздел имущества? Ты голодранка сраная!

Я усмехнулась. Голодранка сраная. Оригинально. А всегда говорил что я его любимая жена, что он ни такой, как мама и деньги в его жизни не главное. Эх Мартынов, Мартынов…

Я встаю и показываю ему средний палец.

— Урод, ты Мартынов! А ты же не Мартынов, ты же Мася или Пуся, точно Мася!

Дверь распахивается и в облаке противных сладких духов заваливается Кристина, а вперед неё Лакси. Уродца принарядили. Он с розовыми резиночками. Это же вроде мальчик.

— Вон из моего кабинета, Олеся!

Я усмехаюсь и не смотря в сторону Кристины, подхватываю Лакси на руки.

— Оставь мою собаку! – тут же визжит она. – Мася, что ты стоишь? Психопатка выбросит его в окно!

Я осторожно ставлю Лакси на стол.

— Прости, но я знаю вы пугливы! Лакси, такого в твоей жизни точно не будет! Это исторический момент!

Правда исторический, судя по бешеному взгляду Мартынова. Лакси прудонит на его миллионный подписанный контракт, а я улыбаясь иду к выходу, а позади меня мат, крики и лай Лакси, который только что обмочился, точнее простите напрудонил на китайцев и их контракт с Мартыновым. Оригинально.

— Мама его посадят? – слёзы текли по щекам Риты, а я прижимала её к себе и гладила по голове.

Рядом стоял Макар мрачно насупившись.

— Мама, прости меня, я ещё с этим Витькой и зоной, это же развод, да?