Книга Кодекс недотроги, страница 103 – Алиса Лисова

— Мда… Кажется, начинаю привыкать, — подумал я и усмехнулся.

Телефон снова заверещал, но на этот раз звонил Роман. Я быстро подхватил штаны, отключил звук и вышел из спальни, прикрыв дверь.

— Ты время видел? — строго сказал другу.

— Видел. Но тебя ж иначе не застанешь. Всё дела какие-то у нашего Палборисыча. Два дня пытаюсь вечерами тебя вытащить куда-то и никак. Или теперь через секретаря запись?

— Мхм, через госуслуги. Чего хотел?

— Узнать хотел, как ты?

— Нормально я. Всё? — я услышал шорохи в спальне, понял, что Алиса проснулась и хотел закончить разговор. — Ладно, давай тогда…

— Да подожди ты! — перебил Ромка. — У меня складывается впечатление, что ты меня избегаешь. Скажи, что я ошибаюсь.

— Тебе заняться нечем что ли? С утра пораньше меня этой фигней грузить.

— Слушай, я серьезно… Ты после того случая в отеле… Когда мы вас с ассистенткой твоей свести хотели…

— Я помню. И что?

— Что-что. Не узнаю тебя. Раньше только от неё морозился, а теперь и от меня. Я ж извинился вроде…

— Да. И я тебе сказал, забыли.

— Да вот, сдается мне, что не забыли.

— Ром, завязывай с этим.

— Не вопрос. В выходные едем за город, и я обещаю, что больше к этой теме не вернусь. Идёт? И учти, если откажешься, выводы сделаю сам.

Дверь спальни открылась. Алиса, потягиваясь, появилась в проеме, набросив на себя мою рубашку, как и несколько дней до этого.

— Ладно, обещаю подумать. Перезвоню. — протараторил Ромке и сбросил звонок. — Доброе утро.

С улыбкой мышка нырнула в мои объятия, нежно поцеловала в губы и потерлась носиком.

— Доброе утро. Давай завтракать?

К концу рабочей недели она настолько привыкла ко мне и к моему дому, что, казалось, так было всегда. Почему-то не беспокоила ни стремительность, с которой закручивались теперь наши отношения, ни самоотверженность, с которой мы оба кидались в этот омут.

За каких-то несколько дней наши жизни изменились кардинально. Только лишь две вещи оставались неизменными. Наши друзья по-прежнему не знали о том, что происходит между нами. Хотя, судя по участившимся звонкам и наводящим вопросам, начинали о чем-то догадываться. И второе. Каждое утро я продолжал высаживать Алису на автобусной остановке, а вечером там же забирать. Все мои доводы были отвегнуты упрямым женским «ты не понимаааешь».

Хотя я-то как раз понимал. Именно поэтому и допускал всю эту ситуацию. И действительно, косых взглядов и домыслов будет не избежать, если станет известно о том, что на самом деле нас связывает не только работа. А уж ей реализовать себя в профессиональном плане будет в разы сложнее. Поэтому перед всеми мы старательно играли свои роли. Что, впрочем не мешало нам наслаждаться друг другом на всех горизонтальных поверхностях моего кабинета, когда стены офиса, наконец, пустели.

После драки на корпоративе и разговора с генеральным, наши дела с контрактом резко улучшились. «Старт» был сдвинут в сторону, а в наших с «Максимой» планах было к концу месяца подписать бумаги для начала плодотворного сотрудничества. Каким-то немыслимым образом все сферы моей жизни внезапно стали налаживаться.

— Вот черт, шея затекла, — ворчала Алиса, просидев вместе со мной над документами до позднего вечера.

Сотрудники давно разошлись. Вечером пятницы в такое время здесь была разве что охрана на первом этаже. И мы. Телефон девушки зажужжал. Она хныкнула.