Книга Измена. Уже не больно, страница 63 – Ксения Хиж

Оно было одно-единственное, от какого-то молодого модельера, но с ценником, от которого заходится сердце. С высоким горлом, из нежнейшего шелка, и до неприличия короткое. Каждый шаг как это игра и обещание. На моих стройных ногах босоножки на тончайшей шпильке, а волосы струятся по оголенным плечам. И он смотрит! Как завороженный! Пронося мимо рта ложку каши. Или что он там ел?..В его глазах тот самый коктейль из шока, признания и чистейшей, неприкрытой похоти, ради которой я и затеяла этот спектакль. — Доброе утро, Кирилл Александрович! — подмигиваю ему и сажусь за соседний столик. Нога на ногу. Пристальный взгляд — глаза в глаза. Прохожусь языком по верхней губе. Приступаю к завтраку. Я вижу, как дергается его кадык. Вижу, как другие мужчины в зале восхищенно, а их спутницы с завистью, провожают меня взглядами. Я здесь одна такая мадам, пьющая утренний кофе с видом соблазнительной грешницы. Все остальные девушки еще сонные и ото сна опухшие, а я не спала толком! Меня всю ночь трясло от предвкушения этой охоты, и теперь адреналин бьет в виски, делая меня живой, острой и как звезда сияющей! Впрочем, с завтрака он быстро ускользает, точно змей, почуявший ловушку. Ну ничего, я его на пляже встречу! — киваю сама себе и набиваю рот оладьями. Вкусно. Купальник у меня самошитый. Пришлось доработать из-за шрамов, добавив изящный ворот до самой шеи, но мои изгибы, моя грудь и талия такие, что, черт возьми, никто и не смотрит на эти детали! Вижу его у пляжного бара, он с утра уже потягивает коктейль. И несмотря на палящий зной, мое тело покрывается ознобом. Мир вокруг замирает. И я вижу только его — бог совершенства, мой бывший директор! Идеальный торс с кубиками пресса, крепкие ноги, шикарная задница, в которую когда-то впивались мои ноготки… Выдыхаю. И все-таки рядом с ним я действительно превращаюсь во влюбленную женщину! И он смотрит на меня темным, обжигающим взглядом, полным немого вопроса и сопротивления. В его позе читается напряжение. Что ж… Игра началась.

Иду плавать в море. Плавание не мой сильный конек, и я скорее бултыхаюсь в воде у берега, стараясь выглядеть грациозно, как неожиданно вскрикиваю, огромная волна, невесть откуда взявшаяся, накрывает меня с головой. Соленая вода хлещет в нос и рот. Забываю обо всем, кроме инстинкта выживания. Захлебываюсь, беспомощно взмахивая руками, а потом выныриваю на поверхность, отчаянно кашляя. И тут же чувствую, как меня ловко, почти без усилий, подхватывают сильные, знакомые руки. Ах, это он… мой бывший директор… — Ты что не умеешь плавать? — рычит он, обхватывая ладонями мои ягодицы. Я обхватываю его торс ногами и цепляюсь за шею. — А вы что за мной следите? — откашливаюсь. — Нет, но ты слишком громко тонула! — он отплёвывается от воды, и я вижу, как по его скулам ходят желваки. Он зол, но его руки не отпускают. — Хватит злиться! — шепчу я в ответ, и в этот момент он сжимает пальцами мою попу, жестко, почти по-хозяйски. И я замираю, смотря в его глаза. В них буря. И в этой буре я вижу себя. Вся бравада куда-то улетучивается, сменяясь дрожью ожидания. Кажется, еще секунда и его губы поглотят мои в жгучем и соленом поцелуе. Но он резко разжимает руки, и я с нелепым всплеском плюхаюсь в воду, теперь уже на мелководье. — Научись сначала плавать, а потом уже заигрывай с опасностью, — бросает Кирилл через плечо и уходит, оставляя меня сидеть в воде с бешено колотящимся сердцем и неутоленной страстью. Подлец! Сатана! Но до чего красивый! Весь день я как на иголках. Кирилл Александрович мастерски избегает меня, но я чувствую на себе его тяжелый, оценивающий взгляд. К вечеру во мне просыпается упрямство. Решаю взять реванш и снова придумываю сногсшибательный образ. Ресторан, живая музыка, бокал просекко для храбрости. Замечаю его за столиком с партнерами по бизнесу. Иду к бару за вторым бокалом, стараясь идти так, чтобы каждый изгиб моего тела в этом черном, обтягивающем платье кричал ему о моей недоступности и желании одновременно. И вот мой звездный час. Вышагиваю от бедра, но каблук предательски цепляется за едва заметную щель между плитками, и я с грацией падающего жирафа лечу на пол. В глазах темнеет от унижения и стыда. — Только не это! — шепчу себе под нос, вставая на четвереньки. Где-то рядом хихикает противный женский голос, а я покрываюсь краской стыда. Сильная, как сталь рука тянет меня за локоть, резко притягивая к твердой, знакомой груди. Я, поднимаясь, врезаюсь в него носом, вдыхая знакомый терпкий аромат его парфюма, смешанный с запахом кожи. — Кажется, ты не только плавать, но и ходить не умеешь, — его низкий, насмешливый голос пробирает до дрожи. Он держит меня так близко, что я чувствую каждый мускул его торса через тонкую ткань рубашки. Его пальцы впиваются в мой локоть, а другой рукой он придерживает мою талию, не давая опомниться. Длится это вечность! Мое тело прижато к его, его дыхание смешивается с моим, в воздухе висит невысказанное, мощное притяжение. — Спасибо, — срывается у меня с губ, и я нехотя пытаюсь вырваться, но мои ноги словно ватные. — Не за что. — Кирилл наконец отпускает меня, но его взгляд, темный и горящий, говорит яснее любых слов. — Тебе лучше присесть. Я не приседаю.