Книга Замок из золотого песка, страница 50 – Марина Болдова

Что изменится, если расскажу? Семочка станет переживать, доверится маме, та начнет его жалеть. А старика-отца он даже не попрекнет. Может быть, только с Алексеем поделится.

Я решила пока молчать. К тому же все, о чем говорил дед Никодим, мне казалось спорным. Меня, как я знала, крестили в раннем детстве, но я относилась ко всем церковным обрядам как к некоему театральному действу. И Ванькино венчание в местной церкви было данью моде, не более того. Красивый обряд, на мой взгляд, совершенно лишенный смысла. Да еще и щедро отсыпанные отчимом в карман одеяния батюшки денежные знаки вызвали во мне брезгливое чувство. Я, помню, поймав виноватый взгляд Семочки, отвернулась. В вопросе отношения к церкви я с дедом была полностью согласна. Но вот в том, что грехи можно замолить и получить отпущение, он заблуждался. Оттого, что из-за войны взрослых дядек гибнут невинные ангелы – дети, мне слабо верилось и в божью справедливость. Так что мое отношение к вере ограничивалось попытками напрямую обратиться к создателю, чаще всего – неудачными.

Я уже хотела было вернуться в гостиную, как услышала звонок домофона. Увидев на экране лицо Москвина, я нажала кнопку и поспешила на крыльцо встретить майора.

— Добрый день, Марья.

— Да не очень, – зачем-то ответила я, но тут же улыбнулась, извиняясь, и впустила Москвина в дом. – Проходите. Обедать будете? – попыталась я сгладить неловкость.

Игнат вновь был одет как рекламная модель из каталога, на этот раз фирмы «Найк». И по-прежнему в этот образ не вписывалась потрепанная псевдокожаная папочка.

— Спасибо, но откажусь. Я за вами, Марья Семеновна. Задержан человек, который удирал от вас на лодке.

— Мне нужно его опознать? – догадалась я.

— Да. Я вас жду в машине. Обязуюсь после доставить обратно к воротам этой усадьбы.

— Не стоит, я закажу такси, мне нужно домой.

— Как скажете, – холодно согласился Москвин.

Я отвернулась, чтобы скрыть от майора свою растерянность. Вчера днем у озера мне показалось… «Вот-вот – показалось! У меня муж – в окопе! И пули… то есть снаряды вокруг… свистят! А когда затишье, он думает обо мне, а я?! Господи, помоги! Чтобы Аркаша вернулся живой и невредимый. И все у нас будет хорошо, ребенка рожу ему, нет – двоих. Тогда уговорю уйти из армии. Ведь не уговорю! Не уйдет! И детей одна воспитывать не хочу! И даже одного ребенка… я справлюсь, но – не хочу!» – думала я, чуть не плача.

— Марья, стой! Кто там пришел? – в дверях гостиной стоял отчим.

— Следователь. Он за мной, пап, поймали убийцу, я должна опознать.

— Москвин? Ты расстроена, дочка? – Семочка прикрыл за собой дверь, обнял за плечи. – Рассказывай, что с тобой.

— Да все в порядке, правда, – сумела взять себя в руки я. – Прости, там майор ждет. Я потом сразу домой, обратно не вернусь.

— Хорошо, – грустно улыбнулся отчим. – Хотя бы попрощайся.

Он распахнул дверь в гостиную, я подошла к маме, поцеловала ее в щеку, тепло улыбнулась Алексею и успокаивающе дотронулась до руки Семочки.

— Ну правда, все норм, не волнуйся, – шепнула я ему на ухо и торопливо направилась к лестнице на второй этаж.

До города мы с Москвиным ехали почти час. Я, сразу устроившись на сиденье за водителем, демонстративно включила музыку на телефоне и воткнула в уши наушники. Смотрела я в боковое стекло, потом и вовсе прикрыла веки и не заметила, как задремала.