Книга Кукла старого Адама, страница 121 – Марина Болдова

— Стася, я еду к ней. Не волнуйся, все под контролем, оставайтесь у Варлеев, я позвоню. Только в вашу квартиру чтобы ни вы, ни Дарья Александровна даже не помышляли поехать. Ты меня хорошо поняла?

— Да… что-то случилось, да? Маме кто-то угрожает? Отец?

— Станислава, просто сделай, как я сказал. И не разводи панику, – строго выговорил ей Строков, понимая, что сам не спокоен.

* * *

— Что, такой ценный клад? – заинтересованно спросила Варя. – Прямо-таки виллу можно купить?

— Варька, ты даже не представляешь, что там! Нам с тобой хватит на всю оставшуюся, твоим детям и внукам. Только бы добраться до того леса. Полиция ваша меня до сих пор не вычислила, ведь так?

— Мне не докладывают ход следствия. – Варя равнодушно пожала плечами. – Мне сейчас не до них, семья рушится.

— Понимаю… хотя что тут переживать по этому нищеброду, он даже на квартиру не заработал. Забудь о нем. – Коваль отодвинул от себя тарелку и бокал. – Все, спасибо, наелся. А то как выехал из Пензы, ехал без остановки.

— Что ты в Пензе-то забыл?

— Это я так следы заметал, – рассмеялся Григорий довольно. – На всякий случай, хотя за мной никто не гнался!

— Ничего не поняла…

— А тебе и не нужно. Вот вы, бабы, любопытные. Тебе весь мой маршрут расписать?

— Лучше убеди меня, что я не зря буду рисковать, став твоей сообщницей.

— Эк как ты вывернула… уважаю… хоть с одной сестрой повезло, а то Лизка подвела. Никогда меня за человека не считала, а сама, как только серьезное дело предложил, напортачила… Ладно, я расскажу, потом сразу рванем. А мужа твоего там, в старом доме, точно нет?

— Что ему там делать? Он туда не ездил уже лет… десять, – приврала она.

— А зря… там его родная мамочка дожидается. Доказательства тебе нужны, говоришь… даже не знаю, с чего начать.

— С клада! Что там?

— Алчная ты, сестрица. Но это и хорошо. Монеты там золотые, украшения, камни. Целый сундучок. Наш прадед Адам Шуйский во время войны завладел этим сундучком, а воспользоваться не смог, Советская армия в их село пришла, ему пришлось бежать.

— Почему бежать? Где это село?

— Ты чем слушала? Под Львовом. Прадед наш в оккупацию полицаем служил. В сорок четвертом советские солдаты немцев погнали, куда ему было деваться? Только в леса. Клад он зарыл еще раньше, составил схему и спрятал в куклу своей дочери Аделины. Слушай, некогда сейчас все рассказывать. Ты спросила, что зарыто, я ответил. Давай, собирайся, – вдруг засуетился он. – Ехать больше часа, ты говоришь? Заберу схему из куклы, потом сразу рванем в Пензу, машину сдам хозяину, зачем нам, чтобы он нас искал, правда?

— Нас?

— Ты же со мной… или передумала? – с угрозой произнес Коваль, а Варя поспешила его успокоить:

— Не передумала, только собраться нужно. Минут десять дай. И детям записку оставлю… скажи, что написать.

«Нет, он точно ненормальный… на что рассчитывает? Меня хватятся максимум через полчаса, Дашка сообразит, что что-то не так, Строкову сообщит. Или братец думает, что самый умный? Двоих на тот свет отправил и уверен, что не поймают? – Варя смотрела прямо на Коваля. – А чего это у него глаза слезятся? И руки… тремор… ба, да ему, кажется, реально плохо!»

— А напиши, что к мужу поехала мириться. Дети-то, наверное, жалеют, что папа ушел?

— Ну да, – ответила она неопределенно, – ты прав, это их обрадует. Я в туалет и собираться.