Книга Мнимая власть безумия, страница 127 – Марина Болдова

— А вот из этого выбери горячее. Я бы посоветовал потрошки с овощами в горшочках. Помнишь тот ресторанчик на речном вокзале, где мы отмечали пятнадцать лет совместной жизни? Это их меню. Сейчас я отправлю и оплачу заказ, к четырем привезут, останется только накрыть на стол.

— Леня… ты – гений, – облегченно вздохнула Кира Владимировна.

— За вином схожу сам.

— Учти, что Луиза, скорее всего, приедет с Арманом.

В ответ она получила ласковую, снисходительную улыбку.

Вот так просто решает проблемы ее муж.

И она каждый раз, когда это случается, с суеверным страхом вспоминает, что чуть было не рассталась с ним, не желая простить ложь. Ложь, которая не была во благо ему, а только ей…

— Я помню, отец рассказывал нам с братом о русском гостеприимстве. Но я все равно поражена, Кира, – Луиза Бонье-Лафар остановилась, едва переступив порог комнаты. – Просто королевский прием. Но можно, я без церемоний? Ведь мы в некотором роде родственники, – повторила она слова самой Киры. – И ты даже не представляешь, насколько ты права.

— Устраивайся, как тебе удобно, Луиза. Арман, рада тебя видеть, – покривила душой Кира Владимировна, улыбнувшись, впрочем, вполне приветливо.

— Спасибо. У вас мило, – ответил тот, усаживаясь на диван. – Мне тоже можно… без церемоний? – улыбнулся и он.

— Хватит, Арман! Дядя шутит, бабуля. У него это не всегда удачно получается. – Соланж бросила на родственника насмешливый взгляд и уселась рядом с ним.

Полина, как показалось Кире Владимировне, мыслями была где-то далеко, но никак не за столом с ними. Она, как и обещала, вернулась к четырем, но на осторожные расспросы Киры Владимировны отвечала односложно, поэтому понять, где же дочь пропадала, так и не удалось. Обеспокоенная мать сунулась было с вопросами к Соланж, но та только отмахнулась – мол, не знаешь, бабушка, свою дочь? Скорее всего, ничего такого трагического не произошло, просто у нее плохое настроение.

Леня девочку поддержал, Кира Владимировна отступила.

Полина периодически закрывалась в ванной комнате, оттуда раздавался шум льющейся воды. Догадаться, что она с кем-то говорит по телефону, было несложно.

Кира Владимировна так и не смогла предположить причину, которая привела Лафаров в Россию снова.

Филиппа похоронили на семейном кладбище в поместье Бонье. Полина и Соланж вернулись с похорон совершенно расстроенные. Соланж призналась, что только там, на церемонии прощания, поняла, что потеряла отца навсегда.

— Мама тоже по-настоящему горевала, бабуль, это было заметно, – рассказала внучка. – Ведь невозможно не помнить свою первую любовь, да? Мне кажется, она стояла и вспоминала папу таким, какого встретила там, в Сочи. Влюбленного в нее красавца. И представляешь, плакали все, даже Арман. Держалась до последнего только бабушка, но позже ей пришлось вызывать врача. Оказывается, папу многие любили. Он хорошим был, только слабым.

Через неделю после возвращения Полины и Соланж прошло прощание и с Еленой Борской, которая так и не поправилась после двух перенесенных подряд инфарктов. Заметно тяжелее всех было Матвею, и Кира Владимировна видела, как не отходит от него ее внучка, как смотрит с болью и как парень сквозь слезы отвечает ей благодарным взглядом.

А рядом с Вероникой, по обе стороны, стоят отец, майор Казаринов, и друг девушки Семен.