Книга Тень от козырного туза, страница 74 – Марина Болдова

— Анджей Вацлавич Горинец. На вид ему лет шестьдесят, может, чуть меньше. Год рождения из паспорта я не запомнил, простите.

— Вы уверены в его полномочиях?

— Конечно! Он показал нам документы, лицензию, там все в порядке. Да и какой ему смысл врать о наследстве, разыскивать наследников старика? Он получит свои комиссионные и все.

— Почему к Корсакову поехали вы, а не он?

— Нотариус ничего о нем не знал.

— Почему он пришел именно к вам? Имена других претендентов на наследство вам известны?

— Моя мама – дочь от первого брака умершего. С ее слов я знаю, что у нее были брат и сестра. Горинец оставил нам копию завещания, но прилагаемый список потенциальных наследников мне показал только мельком. Там перечислены все жены и любовницы, представляете? У них всех могут быть дети, даже внуки!

— Принесите копию завещания, пожалуйста.

Яков забрал документы из комнаты матери, по дороге еще раз пробежал глазами текст: «…всем потомкам, включая младенцев…»

— Вот, смотрите.

Капитан внимательно прочел завещание, затем удивленно уставился на Якова.

— Не может быть… – покачал он головой, слово не веря написанному.

— Что-то не так?

— Я могу сделать фото?

— Конечно, если нужно. Только объясните, в чем дело? – насторожился Яков.

— Яков Адамович, в интересах следствия – не имею права. Прошу вас город не покидать. Я вам позвоню, как только все разъяснится, – поднялся со стула капитан.

— Да уж, пожалуйста, сообщите, – не совсем вежливо попросил Яков.

Рита и сама не смогла бы объяснить, зачем ей было нужно топить Артема. Муж он ей все-таки, хотя только по документам. А жена не может свидетельствовать против. Или может? В случае, если муж – убийца?

Сомнения в его невиновности появились утром, а дальше, как снежный ком, или, точнее, как клубок – один факт за другим, и вот уже следователь Арбатов и сам почти поверил, что Стрельцов убил любовницу. То есть, вернулся к первоначальной главной версии. И если на куртке найдутся те самые следы…

«Само собой, если Стрельцов утром уехал на байке, то в куртке. Тогда только один вариант – разделся, когда приехал днем. Зачем? А затем, что испачкался в крови Динки! Даже если он замыл кровь, следы экспертиза обнаружит. А если стрелял, то и порох – тоже. И тогда получится, что я – жена убийцы. Класс! Только на кой черт он вызвал полицию?! Сбежал бы уж! Нет, а камеры? Наверняка есть где-то камеры видеонаблюдения. У соседних подъездов, как вариант. Нужно будет спросить у Дениса, – размышляла она, пока сидела в машине, ожидая Арбатова.

Вроде бы они вновь перешли на «ты». И Денис ей нравился так, что это ее пугало. Потому что, если вдруг они будут вместе, она будет ему все прощать. А это Рита уже проходила. С мужем, когда верила в его вранье, с Павлом – когда оправдывала его невнимание к ней. Получается, карма у нее такая?

«Как вариант, чтобы разом оставить все в прошлом, могу уехать к родителям в Анапу. Или еще дальше – в Канаду к Сереге с Таней. Как тот колобок: и от бабушки ушел, и от дедушки… Но как я бабулю на деда оставлю? Значит, бежать не вариант. Жить придется с ними, делить дом со Стрельцовым я не стану, он его строил на свои деньги. Я же тунеядка, как называет меня дед. Смешно. Он рассказывал, что раньше в Союзе была статья за тунеядство. Я бы не поверила, если бы он не показал бланк учетной карточки тунеядца. Семьдесят второй год прошлого века, а такая дикость! Два предупреждения, пятым и шестым пунктами, седьмым – устройство на работу, не устроился – можно было и в тюрьму отправиться! Я подумала, что бланк этот – фейк, но нет, все по закону!» – немного развеселилась Рита.