Книга Тень от козырного туза, страница 52 – Марина Болдова

* * *

Утром, проснувшись, Рита не сразу поняла, почему ей так комфортно. Как дома у бабушки! Из-под одеяла вылезать желания не было, первая мысль мелькнула: «А где поднос с чашкой кофе?». Она лениво перевернулась на правый бок и обнаружила его на трехногом журнальном столике, не иначе, изготовленном еще на советской мебельной фабрике. Рита хмыкнула: все события последних суток происходили словно по сценарию дурного сериала: детективного, но хорошо сдобренного любовными метаниями главной героини, то есть ее самой. С традиционной концовкой первой серии: перед тем, как спозаранку убежать на службу, главный герой (капитан Арбатов) с трогательной заботой готовит любимой кофе.

И это после прекрасной ночи любви. Которой у них с Денисом не случилось. Потому что вечером тот ушел спать к родителям в соседний дом. Смылся из-за нее, потому что она дура.

А так романтично все начиналось – с поцелуя. И Рита ведь вчера чуть не влюбилась в Арбатова! А как иначе? Герой ее спас… И только поздно вечером, когда уже засыпала, вдруг дошло, что вся эта «любовь» не что иное, как страх одиночества. И с Павлом она была по той же причине. А еще раньше – вышла за Стрельцова, чтобы рядом был мужчина. «Прав был дед, когда говорил, что я птица домашняя, к вольной жизни не приспособленная. И обвинял бабушку, что воспитала меня клушей. Я совсем не похожа ни на Таньку, ни на Серегу. Они оба – амбициозные карьеристы. А я у родителей – белая ворона… нет – белесая курица!» – с досадой подумала Рита, вылезая-таки из-под теплого одеяла. В комнате было холодно: на ночь она оставила окно открытым.

Рита осмотрелась. Вспомнив, как накануне вечером удивилась обстановке в квартире капитана, она вновь испытала стыд: скрыть изумление не смогла, а Денис смутился. «Квартира бабушкина, она к родителям перебралась. А у меня руки не доходят сделать ремонт», – попытался оправдаться он. Рита просто кивнула, а сейчас подумала, что нужно было отреагировать как-то иначе: улыбнуться что ли и сказать, как здесь мило. Ну, несовременно, конечно, и как-то неподходяще для молодого мужчины. Но уютно. Кое-какие детали даже вызвали у Риты ностальгию: на этажерке – кружевная салфетка, свисающая из-под стопки книг, на кресле – плюшевая накидка с бахромой, цветастое блюдце под глиняным горшком с геранью. Очень похоже на спальню маминой мамы, такую, какая осталась в детских воспоминаниях.

Рита потянулась к подносу – рядом с чашкой лежала записка: «Был рано утром, ты крепко спала, не хотел будить. Завтрак в холодильнике. Жду в конторе в десять. Денис. P.S. Дверь просто захлопни».

«Сухо и по делу. Ничего личного, так сказать. Поспали, можно и поесть. Поели, можно и поработать», – вдруг обиделась Рита, в душе понимая, что рассчитывать на какие-то особенные чувства со стороны Арбатова было бы глупо. «Вчера он проявил слабость – просто пожалел бедняжку. Сегодня опомнился», – решила она.

Взгляд ее упал на сиденье кресла: там, аккуратно сложенная, лежала какая-то цветастая тряпка. Рита потянула ткань на себя – это был халат. Старушечий фланелевый халатик с пуговками и отложным воротничком. Мягкий, чистый, пахнущий чем-то сладковатым. «Какая забота, капитан! Кофе, халатик… Что следующее? Новая зубная щетка в ванной комнате?» – подумала Рита. Нелепость ситуации вызвала у нее нервный смешок.