Книга Третий круг рая, страница 94 – Марина Болдова

— Я всегда думал, что он нас бросил и уехал из города. Поэтому и удивился, когда она назвала его адрес. Я понял, что он все это время был в курсе, как я живу, когда приехал к нему в коммуналку. За стеклом буфета стояли мои фотографии разных лет. Последняя – со школьного выпускного.

— Сколько тогда ему было?

— Шел две тысячи двенадцатый… Он сорок пятого года рождения, значит – шестьдесят семь! Я только сейчас сообразил, что не так уж он и молод был. Почему я решил, что он все еще служит в госбезопасности?

— Действительно, почему?

— Матушка сказала, что он работает все там же. Теперь понимаю, что вряд ли. А к чему эти вопросы, Ляна?

— Пытаюсь разобраться, зачем он шел в поселок в тот роковой для Тамаша день. Сто лет там не был, а тут вдруг приспичило навестить места, где прошло его детство.

— Я все равно не понимаю, при чем здесь место его работы?

— Сама пока понять не могу. Эти накладные в папках, счета – некоторые датированы двенадцатым годом. Почему-то он их нес с собой. В том же самом портфеле, скорее всего. Не пустым он шел тогда в поселок! Чем-то важны эти бумаги для него, если он этот портфельчик потом и за Урал увез. Похоже, были они некой гарантией его безопасности. Вот я и интересуюсь: чем твой папа занимался, если из ведомства уже уволился в силу возраста?

— Я как-то не задумывался.

— Ладно, озадачу Сотника, он добудет информацию. Значит, ты застал его дома… А номера его мобильного мама не знала?

— Нет. Только адрес. Я думаю, отец встречался с ней редко и только по своему желанию. И не хотел, чтобы она названивала. А в этой комнате мать с отцом жили год с моего рождения. После мы с мамой уехали в Жуковку. Не знаю, что между ними произошло, но после развода я стал Фандо. Это фамилия моего деда по материнской линии.

— Мама объяснила, почему сменила фамилию?

— Нет, но это понятно. Отец ее предал, вот она и вычеркнула его из своей жизни. А заодно и из моей.

— Но встречи все же были…

— Она его любила! А он женился по залету, это же понятно. Все, давай тему сменим. Тем более что это меняет? Я – сын убийцы! Ты не передумала выходить за меня замуж, а, Ляна? – Георг обнял меня и прижал к себе.

— Нет, не надейся, – машинально ответила я, думая о своем.

Пришла твердая уверенность, что бегство Романа Егоровича в день убийства баро из города в наши глухие места связано с его профессиональной деятельностью. Холодок вдоль позвоночника подтвердил, что я права. Тамаша Бадони отец Георга встретил случайно, убил, находясь в состоянии, близком к аффекту, потому что в тот момент думал о своем спасении. Бонусом было золото или причиной преступления, теперь не узнать. Но фактом является то, что рассчитывал Юдин на дачах найти убежище. Пусть даже временное. Будучи абсолютно уверенным, что поселок давно нежилой. А тут сюрприз – открытый дом семьи его бывшей возлюбленной Софьи Кудриной-Зулич…

— Любопытную конструкцию мы с лейтенантом обнаружили, посмотреть не желаете? – раздался за спиной голос Сотника.

Я обернулась, высвобождаясь из объятий Георга.

— Где?

— На берегу. Пойдемте, сейчас все поймете сами.

Не дойдя с полметра до обрыва, Сотник остановился и, раздвинув кусты, концом кроссовка ткнул в землю. Я наклонилась ниже, чтобы рассмотреть, что же там такое. Огромный крюк был врыт в землю, и, судя по всему, давно: металл был весь покрыт ржавчиной.