Онлайн книга «Третий круг рая»
|
— Павел Андреевич, добрый день! Вы в городе? Очень хорошо. Мы могли бы встретиться? Да, устраивает. Через полчаса в сквере. До встречи. Я посмотрела на часы: пятнадцать тридцать пять. «Ехать минут десять, успею бульончику с гренками заглотнуть», – решила я, двигаясь в сторону кухни. Тостер выдал два подрумяненных квадратика хлеба, я же осилила лишь один, запив еще не успевшим остыть бульоном. Ела я, сидя на высоком табурете у окна и глядя во двор. Обычному требованию Таты – красиво сервированному столовому подносу – я предпочла вариант попроще: небрежно постеленную на широкий подоконник кружевную салфетку. Затылком я чувствовала взгляд Таты, но так и не обернулась – докладывать ей, куда я так тороплюсь, не собиралась. Это была моя мелкая месть за ее скрытность. Тата, так и не задав ни одного вопроса, ушла к себе. С Громовым мы не виделись больше года, хотя изредка созванивались. Обычно звонил он. Эти совсем не обязательные звонки с вопросами о здоровье я воспринимала как заботу – все-таки в моем дачном детстве «дяди Паши» было много: он с удовольствием возился с чужими детьми. Я же чаще всего звонила ему перед поездкой в поселок. Только подъехав к скверу, я вспомнила, что именно здесь Павел Андреевич выгуливает свою таксу Тину, пожилую даму хороших кровей и в прошлом весьма плодовитую мамашу: потомством от нее Громов «награждал» всех желающих. Я заметила парочку издалека, от калитки – Тина, отпущенная на свободу, лежала на газоне, ее хозяин, сидя на скамье, читал газету. При моем приближении Павел Андреевич сложил ее вчетверо (я успела прочесть название – «Правда»), сунул в пакет с логотипом частной пекарни и, поднявшись, слегка приобнял меня за плечи. — Здравствуй, девочка. Прости старика, буду в маске с тобой общаться, опасаюсь слегка. Что бы ни говорили об этом вирусе, народ он косит. Что у тебя голосок-то такой встревоженный был, когда звонила? Случилось что? Ты присаживайся… — Павел Андреевич, вы на даче давно были? – не стала я сразу озвучивать главный вопрос. — Ты о смерти твоего гостя? Я понял… Следователь со мной с утра уже беседовал, не удивляйся, что я в курсе. А я и не знал, что ты кого-то поселила, не был с майских там – как дом открыл, проветрил, даже ночевать не остался. — А мне казалось, вы наезжаете, но как-то не в то время, что я. Хотела вас с Егором Романовичем познакомить. – Я намеренно назвала то имя Юдина, каким тот представился. – Он, конечно, старше вас, но вдруг подружились бы. – Я внимательно смотрела на Громова, пытаясь уловить хоть какую-то реакцию. — Увы, не до этого мне, Ляночка. Отец мой совсем плох, приближаемся к столетнему юбилею, телом-то крепок, но в полном маразме. Болезнь Альцгеймера у него развилась. Одного оставить надолго не могу, а соседка, что помогает, с ним не справляется. Вот, Тину выгуливаю только да по магазинам за продуктами. Прости, что жалуюсь по-стариковски, устал… — А дети? Не помогают? – спросила я и задумалась: почему-то в моих воспоминаниях Громов присутствовал один. — Так я и не женился ни разу, Ляночка. Не встретил такую, как… моя первая любовь. Ладно, не обо мне речь. Следователь сказал, гость твой от сердечного приступа скончался? Родственников-то у него нет? Чтобы было кому сообщить о кончине? |