Книга Эндшпиль с бриллиантовым конем, страница 61 – Марина Болдова

— Куда собралась? Даже не думай. Лучше прикинь, куда Федор мог спрятать фигурки. Есть идеи? — произнес он.

— Нет. Тебе надо, ты ищи, — огрызнулась она. — Мне плохо, я здесь задыхаюсь. Окно открой хотя бы!

— Потерпишь. Что там внутри? — он кивнул на картонные коробки, стоявшие вдоль стены одна на другой. А она их и не заметила! Смотрела только на труп.

— Откуда мне знать? Книги, может быть. В квартире их нет, даже шкафы исчезли, — вылетело у нее с обидой, почему-то вдруг стало жаль этих книжных полок, закрытых стеклом. Куда отец их дел? На помойку вынес?

— Открывай все, ищи! — услышала она приказ.

Чтобы пройти к коробкам, ей нужно будет перешагнуть через труп. «Как же воняет!» — Аксинья зажала рот рукой и буквально перепрыгнула через лежащее тело. Потом обернулась на своего похитителя. Тот шарил в ящиках буфета, который стоял у дальней стены. Уже выдвинул узкий ящик… Аксинья вспомнила, что в нем всегда лежал ключ от сараюшки, которая рядом с баком. «Вот еще где можно спрятать фигурки — идеальное место!» — подумала она.

Ключа мужик, видимо, не нашел. Если не пойдет потом за дом, сарай не увидит, тот почти закрыт огромным баком. А теперь и зарослями. Но замок там можно просто сбить — он навесной.

Вдруг мужик быстро обернулся, Аксинья тут же сделал вид, что ищет, чем бы вскрыть коробки.

— Лови нож, работай! — в ее сторону полетел кухонный тесак.

— Поменьше нет? — недовольно бросила она.

Мужик вновь не ответил. Он больше на нее не смотрел, сосредоточенно перебирая посуду, переворачивая чашки, бокалы и другие емкости. Фарфоровый кувшин с узким горлом он просто шмякнул о пол, тот разлетелся на кусочки. Посмотрев вниз, продолжил копаться в буфете.

Аксинья, вскрыв верхнюю коробку, вынимала книги одну за другой и думала, что если отец и спрятал в доме фигурки, то найти их быстро не получится, но, в принципе, задача выполнима. Но смысл прятать в доме? Она, например, закопала бы их в саду. Или в сенях засунула в какую-нибудь емкость, что стоят на полках. Или…

— Чего застыла? Зря время тянешь. Ждешь кого? Не жди, твой хахаль, даже если очнется, не скоро попадет в больницу, да пока там ментов вызовут. А у кого еще такая мысль возникнет, что ты похищена? Нет у тебя родственников, любовница папина не в счет! Ты для нее — кость в горле! — рассмеялся хрипло мужик и вдруг закашлялся. Кашель был, как говорила бабушка в ее детстве, нехороший. С мокрыми всхлипами, надрывами и почти непрерывный. После такого ее, маленькую Аксинью, отвозили в больницу, и на десять долго тянущихся дней она была оторвана от бабушки, папы и… Птицы. «Как он там? Неужели так и лежит без сознания на полу?» — жалость к другу (или уже больше, чем другу?) заставила ее тяжело и шумно выдохнуть и даже всхлипнуть.

— Шустрее работай! — услышала она. — Здесь пусто! Папочка твой затейник, всегда таким был. Ни слова в простоте не скажет, вечно огород городил, не понять…

— Давно знакомы? — небрежно перебила Аксинья и повернулась к бандиту. Мысль, что ее похитил бывший «сиделец», появилась именно после его кашля.

— Ишь, хитрюга, — вполне добродушно выдал комментарий мужик. — Хочешь узнать обо мне? Любопытно? Или информацию собираешь потихоньку, чтобы ментам сдать? Даже не думай, не успеешь.

— Не хочешь, не отвечай, — буркнула с досадой Аксинья и открыла еще одну коробку. В этой собрания сочинений классиков были связаны веревкой в две стопки, по пять томов в каждой, а уж потом уложены в коробки. Она вынимала стопки из коробок одну за другой и складывала на диван. Так она опустошила все.