Книга Ягодный возраст, страница 51 – Виктория Вита

Проснулась я оттого, что он целовал мою спину.

— Ты что, совсем не спал? – пробормотала я, не открывая глаз.

— Нет и не хочу, – сказал Георгий, нежно и требовательно переворачивая меня на спину.

Раздавшийся стук в дверь на какое-то мгновение заставил нас замереть.

— Георгий Владимирович, вы просили разбудить вас в семь утра, но ваш мобильник не отвечает, – раздался вслед за стуком мужской голос.

— Я буду готов через сорок минут, – ответил Георгий, – и возьмите завтрак в машину.

Оставшееся время мы каждой своей клеточкой принадлежали друг другу.

Я не захотела оставаться одна в этой спальне и на этой кровати. Георгий не спорил. Закутав меня в свой халат, он от души веселился, глядя, как я, путаясь в его длинных полах, отчаянно стараюсь сохранить равновесие. Страхуя меня от очередной попытки брякнуться на пол, он ехидненько подхихикивая, что-то бормотал себе под нос о Пяточке и Винни-Пухе. Это окончательно утвердило меня в мысли о мужском коварстве, граничащего с шовинизмом. Дойдя до моей комнаты, он крепко прижал меня к себе и поцеловав в нос (похоже, у него это стало входить в привычку) вдруг отстранился и посмотрел долгим взглядом в мои глаза: – Не скучай, скоро все плохое закончится и будет только хорошее… Много очень хорошего… Не договорив, будто испугавшись той уверенности, с которой он это произнес, Георгий, развернувшись, широким шагом, почти бегом, двинулся назад. А у меня, ни к селу, ни к городу, всплыл в памяти чумазый домовенок Кузя. «Говорят, вам счастье привалило? Бессовестно врут!» и в сердце кольнула острая игла нехорошего предчувствия. Нет, все-таки с мультиками надо заканчивать, решила я. А сейчас – вперед, к новым радостям жизни.

Сладкий сон был прерван истеричным кукованием неизвестно откуда залетевшей в мою спальню лесной птицы. Бесноватая кукушка, устроившись в изголовье кровати, с остервенением дурным голосом орала свое «ку-ку». Наконец в моей ещё затуманенной сном голове появилась одиноко шатающаяся мысль, что это надрывается мой мобильный телефон. Не открывая глаз, я попыталась дотянуться до тумбочки, где он от нетерпения, подпрыгивал, как сумасшедший. Дело закончилось тем, что, едва не рухнув с кровати, я всё же дотянулась до искомого объекта, так и не открыв глаза.

— Алло, – еле смогла я выдавить из себя, нажав на кнопку соединения.

— Я разбудил тебя, – раздался из трубки до неприличия радостный голос Георгия.

— И не надейся, дорогой, никто не в силах сделать невозможное.

— Что тебе снилось? – продолжал он веселиться.

— Рыдающая от зависти Эммануэль, – ответила я сонно.

Георгий хохотал так, что мне пришлось отодвинуться от телефонной трубки, иначе я бы оглохла, по крайней мере, на одно ухо.

— Я так люблю тебя! – заорал он в трубку, как восторженный мальчишка. – Я хочу тебя видеть и обязательно постараюсь сегодня приехать!

От последних слов я проснулась окончательно и попыталась сконцентрировать остатки, после проведённой ночи, своих умственных способностей. Надо постараться поделикатнее ему объяснить, что мне необходим тайм-аут. Слишком много всего свалилось на меня за последнее время. События развивались в стиле «экшен», по сравнению с моей предыдущей «челночной» жизнью, которая так хорошо подходила под определение Евгения Евтушенко «хомут – стойло, стойло – хомут». Не говоря о том, что после наших ночных (и дневных тоже) экзерсисов моё тело категорически отказывалось слушаться, а тем более желать чего-либо.