Книга Ягодный возраст, страница 2 – Виктория Вита

— Мама!

— Уже прибежала!

Что за чушь с утра лезет в голову? Сейчас одену малявку, съем ещё бутерброд с колбасой, и пусть враги плачут.

В спальне дитё развлекалось по мере сил, спокойный просмотр мультиков его явно не устраивал. Увидев меня, он с радостью и удвоенной энергией запрыгал на моей раритетной, 60-х годов, кровати.

— Ребёнок, если ты помнишь, я только вчера её, то есть кровать, ремонтировала. Так что, пожалуйста, прекрати безобразничать.

Моя просьба, как глас вопиющего в пустыне, естественно, осталась без ответа. Скачки продолжались. В кровати что-то угрожающе хрустнуло. Кажется, сегодня ночью я всё-таки буду спать на полу. Ну что же, это полезно для позвоночника.

Да, прекрасно иметь высшее медицинское образование, особенно если оно сочетается со здоровым… со здоровым ли, вот в чём вопрос, оптимизмом.

Подхватив Вадимку под мышки, не упустив удобного момента, чтобы чмокнуть его в макушку, извлекаю его, несмотря на активное сопротивление, из пижамы. Он хохочет, так солнечно и заразительно, что нет сил выдержать роль серьёзной матери, которая во всём должна являться положительным примером. Итог – минут пять драгоценного утреннего времени уходит на весёлую возню в кровати с догонялками, щипалками и щекоталками. Наконец всё-таки мы добрались до одежды: трусики, колготки, штанишки, футболка, кофточка – всё как при ускоренном просмотре киноленты.

Так, сын одет, теперь быстро: еду в одну кошачью миску, свежую воду – в другую. Кот уже минут двадцать демонстрировал, что находится на грани, отделяющей голодный обморок от мучительной голодной смерти. Наше веселье выглядело так чудовищно на фоне его кошачьих страданий, что он отказывается от каких-либо комментариев. Лауреаты «Оскара», «Ники», «Тэффи» и иже с ними отдыхают по сравнению с актёрским талантом Коси.

Звонок в дверь.

Это Глафира или просто Глаша, соседка и мать троих детей, семилетнего Степана и четырёхлетних Маши и Вани. Ей двадцать семь лет, она беременна, и снова двойней, замужем и не работает. Муж Глаши то ли в этом, то ли в следующем году должен получить сан священнослужителя и приход.

Учитывая количественные и качественные темпы прироста их семейства, отца Фёдора должны назначить, по меньшей мере, настоятелем Казанского собора, но, как я думаю, это, скорее всего, будет какая-нибудь деревня типа Простоквашино с населением, состоящим из почтальона Печкина, кота Матроскина и собаки Шарика.

Глафира, по доброте душевной и учитывая наше с Вадимом аховое положение, забирает малыша к себе на весь мой рабочий день. К сожалению, у нас нет ни бабушек, ни дедушек, ни вообще каких-либо родственников; и папы, кстати, у моего сына тоже нет, а попытка посещений детских дошкольных учреждений едва не закончилась для нас трагически.

— Глаша, привет, он не завтракал!

— Глаша, здлавствуй, я не завтлакал и не хочу!

— Доброе утро, Влада! Доброе утро, мой ангел! Влада, не переживай, в компании он очень хорошо ест.

— Глаша, я тебя обожаю, что бы мы без вас с Фёдором делали!

— Вадимушка, целуй мамочку, и пойдём, а то зайка сварил кашу и она может остыть, да и Ваня с Машей без тебя скучают.

— Зайка сам валил кашу? – спрашивает Вадим, и от восторга у него перехватывает дыхание. – Зайка селенький с длинными ушками?