Онлайн книга «ПсихирЪ»
|
Вообще Петя за многое был деду благодарен. За квартиру в центре Москвы, пусть и небольшую, но в сталинке на Таганке. Ее дед подарил на совершеннолетие, переехав жить на дачу. За эту науку вычленять главное. В репортерской профессии это всегда помогало точно формулировать первое впечатление о человеке, удерживать его в памяти надолго и никогда не забывать лица и имена. И за ту опору, которой дед стал для Пети в период его взросления и юношества, заменив и отца, которого Петя не помнил, и мать, которая связала свою жизнь с другой страной. Поозиравшись, девушка увидела Петю и направилась к нему. — Это вы мне звонили? — А вы Светлана? Я Петр Соколов, – улыбнувшись, констатировал Петр. — Петр, у меня полчаса. Что вы хотели узнать? – настороженно и по-деловому задала вопрос Светлана. – Сразу скажу, с Иваном Петровичем я еще не успела прояснить расписание. Смогу позже ответить. — Светлана, я бы хотел немного о методе Бехтерева узнать. Как он работает? В каком направлении психотерапии? — Ну, вообще мы так не делаем. Иван Петрович вам сам все расскажет, если будет готов к работе, – замялась Светлана. — Пожалуйста, расскажите, что знаете, это очень поможет понять, что меня ждет. Может, подготовиться как-то… — Вообще, я вам про себя могу рассказать, запретов на это нет, – приняла решение Светлана и неуверенно улыбнулась. – Угостите меня кофе? В кофейне Светлана заказала большой капучино с миндальным молоком и корицей, чизкейк и немного расслабилась. Она оказалась смешливой студенткой факультета психологии МГУ. «Перешла на второй курс», – с гордостью подчеркнула она. Оказалось, Света познакомилась с Бехтеревым через своего педагога на первом курсе. Она никак не могла избавиться от заикания. Денег на хорошего психолога у нее, студентки, конечно же, не было, и университетский педагог договорился с Бехтеревым, что оплатой Светы будет работа в качестве секретаря в течение года, если он поможет ей избавиться от проблемы. «Какой милый человек этот Бехтерев. Ну не странно ли работать без оплаты?» – недоверчиво слушал Петя историю Светланы. — Посмотри, как я сейчас говорю! – с восторгом тараторила Светлана, с которой они быстро перешли на «ты». – Ну чудо же! А раньше, всю свою жизнь, сколько себя помню, заикалась. В школе Свету практически не спрашивали устно: в волнении любой стишок, любой ответ она произносила в разы дольше, чем ее ровесники. Учителя демонстрировали толерантность и принятие. Но минуты шли, и какой бы это ни был урок, неизменно наступал момент, когда класс начинал смеяться, а учитель терял терпение. И Света, мучительно краснея, заканчивала: «И д-днем-м-м-м и-и-и-и н-н-н-ночью кот уч-ч-ченый все ходит по-о-о-о ц-цепи кр-р-ругом…» Или «икс р-р-рав-в-вен т-т-три!» У Светы не было друзей. Психологи и логопеды сменяли один другого, облегчение следовало за обострением и наоборот. Родители хватались за голову. На этой почве родители и развелись, когда Света была подростком. Отец не выдержал груза вины, что у дочери такая проблема. Он ушел к другой женщине за счастьем и простой жизнью. А мать стала топить обиду в вине, постепенно теряя связь с дочерью и миром. Блестяще сдав ЕГЭ, Светлана поступила в МГУ на факультет психологии, как многие абитуриенты психфака, в надежде решить личные проблемы. А на первом курсе влюбилась в завкафедрой общей психологии, харизматичного, но безнадежно женатого профессора, готова была на любые глупости. Профессор глупости пресек и отправил Свету к Ивану Петровичу – решить вопрос с этой странной зацикленностью на себе и с заиканием заодно. |