Книга ПсихирЪ, страница 108 – Александр Беляев, Мария Тучина

— Верно, – вздохнул Петя. – Рита, а ты что скажешь?

— Все вместе – странно, – кивнула головой Рита. – А каждый кейс по отдельности – ничего необычного, стечение обстоятельств.

Рита напряженно вглядывалась в записи Пети и вдруг сказала:

— Петя, ты не думал, что ситуация с Настей и месть Антипова связаны?

— Тоже видишь совпадение? Я думал, мне показалось.

— Что вижу я. Ты насторожился из-за того, что Настя тебе звонила ночью, а потом не отвечала в телеграме. Стал ее искать, вышел на гуру, который, как мы теперь знаем, знаком с Антиповым. Чат-бот, который разговаривал с тобой под видом Насти, сделал Подлипский или кто-то из его команды.

— Да, верно. Дальше я выяснил, что с Настей все в порядке, и забыл про эту тему.

— Но получается, что Подлипский делал также программы для дипфейков и для управления телефоном, которые стали причиной смерти Морозова. А инвестировал в его компанию, мы точно не знаем, но вероятность высокая, что это Антипов.

— Компания Подлипского также устанавливала систему безопасности в ретритном центре, где я нашел Настю. Тоже подозрительно.

— Ну мало ли какие клиенты у Подлипского… Москва – большая деревня… – скептик Шишкин взял слово.

— Я должен еще раз поговорить с Настей, – вдруг сказал Петя. – Это все чертовщина, я не хочу, чтобы она пострадала.

— Петя, Настя на ретрите, – Шишкин закатил глаза. – Ты там уже был и убедился, что все окей!

— Ты ее любишь? – Рита внимательно посмотрела Пете в глаза, потом быстро налила коньяка и выпила.

— Рита… – Петя взял Риту за руку. – Между нами с Настей все кончено…

— Э-э-э, а вы вместе, что ли? – некстати хохотнул Шишкин.

Рита вырвала руку, схватила куртку и сумку и вылетела из квартиры, громко хлопнув дверью.

— Ну ты, Петюня, даешь! Уважуха.

Шишкин допил остатки коньяка.

— Шишкин, да отстань ты, – Петя махнул на него рукой и побежал догонять Риту.

Однако Риты уже и след простыл. Он набрал номер – Рита сбросила. Он записал голосовое в телеграм: «Рита, прости, что я заговорил о Насте. Просто она мне не чужой человек. Я волнуюсь о ней, как о друге. Ты – моя девушка. Настя – друг, который, возможно, попал в беду. Пойми, пожалуйста. Перезвони мне. А лучше – возвращайся!»

— Можно, переночую у тебя? Ломает ехать домой через всю Москву, – сказал Шишкин вернувшемуся Пете.

Петя кивнул, и Шишкин устроился на диване. Сообщение Пети Рите в телеграме осталось неотвеченным.

Наступил очередной четверг. И Петя позвонил секретарю Бехтерева с вопросом, состоится ли его сессия. Света удивилась и заверила его, что «такого ни разу не было, чтобы Иван Петрович отменил».

Петя скептически угукнул. Он хорошо помнил пустую комнату на «Китай-городе», в которую вломился на днях, но все-таки решил съездить. Конечно, он был расстроен, что в важный момент его жизни психолога не оказалось рядом. Но если сессия состоится, он сможет задать все нужные вопросы.

Поднявшись на третий этаж, Петя дернул ручку кабинета, ругая себя за глупость: зачем приехал сюда? Чтобы увидеть пустую комнату? Дверь легко открылась, и Петя шагнул в полумрак кабинета.

Бехтерев возник прямо перед ним, сразу за дверью. Из-под суровых профессорских бровей на Петю пронзительно смотрели антиповские глаза.