Книга Портрет, страница 35 – Анастасия Сонина

Мы выходим из беседки спустя ещё полчаса. О портрете мы больше не говорим. Я рассказываю немного о своей жизни в приемной семье, а Матильда внимательно слушает мои истории, изредка задавая вопросы. Дома я тут же отправляюсь в свою комнату, чтобы начать чтение. Удобно устраиваюсь на кресле, которое заприметила еще в первый день приезда, в надежде читать в нём любовные романы. Кто же знал, что теперь моей страстью станет мистическая история из прошлого. Глубоко вздохнув, открываю дневник и вижу первую строку:

"30 ноября 1871 года

Дорогой дневник, сегодня я выхожу замуж…"

Я дочитываю первую тетрадь лишь к двум часам ночи. Спина затекла от долгого сидения в одной позе. Записи в дневнике по стилю очень напоминают те, что я видела раньше, но в них чего-то не хватает. Жизни. Изложение событий стало сухим. Стихи и рисунки больше не разбавляли скучные описания будней девушки. В основном они содержат бытовые факты о мероприятиях, событиях, днях рождениях. Но больше нет чувств, искры и жажды будущего.

"29 апреля 1873 года

У Анри сегодня была лихорадка. Лекарь объяснил нам, что это из-за прорезывания зубов. Он всю ночь провел у меня на груди. Жак совсем не помогал мне, так как сам поздно пришел со службы и крепко уснул."

"15 сентября 1873 года

Были в гостях у мадам Рошель. Анри в восторге от их гасконского бассета Паскаля. Мадам позволила нам иногда гулять с ним. Жак не смог присоединиться к нам по долгу службы."

"25 декабря 1873 года

Страдаю сегодня невыносимой мигренью. Жак почти не бывает дома, а Анри абсолютно не умеет себя вести. Долго сидела у камина и пила арманьяк, подаренный Жаку его кузеном. Он хотя бы притупляет чувство одиночества."

"7 марта 1874 года

Анри и Жак набрали в лесу шампиньонов. Я сидела в саду с бокалом вина и всё ждала их. Слышала накануне, что в лесу могут быть охотники. Сердце было не на месте, однако все обошлось."

События в дневнике излагаются последовательно, но с большими промежутками. У меня остается неоднозначное впечатление после прочитанного. Из первой тетради я узнаю, что Елена вышла замуж за управляющего поместьем Де Лабом, но о муже своём она пишет мало, и я всё еще не знаю, что сподвигло её приехать в дом родителей Дэниэля. Судя по записям она всё чаще находилась дома с сыном Анри, а муж почти не бывал с ними. Она обзавелась несколькими знакомыми в деревне и навещала их время от времени, но больше проводила вечера, сидя у камина или на веранде, пила арманьяк, иногда читала. Лишь одна запись привлекает мое внимание. Почерк неразборчив, иногда текст размыт каплями слез.

"В доме все спят, но мне не обрести покоя. Так много недосказанного осталось между нами. Я не видела Вас несколько лет, а кажется, что прошёл не один век. Жизнь моя без Вас пуста. Оставить бы мне хотя бы частичку Вашей души, но и это от меня отняли. Что же я натворила? А Вы просили, просили не раз, но я не хотела слышать. Неужели эта дверь заперта навсегда? Неужели моё счастье не стоило Вашей жертвы? Я так зла. Ведь не видать мне теперь радости ни в этом мире, ни в каком другом."

Эта запись отличается своей экспрессивностью, и я точно знаю, кому она посвящена, но не понимаю смысла написанного. О какой двери идёт речь? Что за жертва, которую должен был принести Дэниэль? Я откладываю дневник и лениво потягиваюсь. Умом понимаю, что пора ложиться, но не могу не думать, что разгадка уже близко. Побродив по комнате, я переодеваюсь в пижаму и включаю прикроватную лампу. Вторая тетрадь снова навевает на меня на мысль, что записи делались механически. В них отсутствует смысл, душа. Как будто бы человека с очень скучной жизнью заставили выписывать события, которые происходят вокруг, чтобы пробудить в нём интерес, но этого никак не происходило. "…ездили на рождество к кузену Жака, Анри подарили набор для бадминтона…", "…священник похвалил пение Анри на сегодняшней службе…", "…готовила для хозяев званый ужин, устала…", "…Жак опять вернулся домой под шафе, спал на диване…".Читая эти бесконечные перечисления событий, я отчаянно борюсь со сном, пытаюсь сфокусироваться на написанном, но в итоге сдаюсь и мир грез завлекает меня в свои беспокойные объятия.