Книга Портрет, страница 30 – Анастасия Сонина

— А вы ещё недостаточно о ней узнали, копаясь в её личных вещах? – в его голосе явно читается сарказм. Он продолжает стоять у стены, скрестив руки на груди, и смотрит на меня сверху вниз из-под полуопущенных ресниц.

— Это было необходимо! – Мои щеки вспыхивают от стыда, но я решаю скрыть это чувство за раздражением. – В её дневниках мало информации о ней самой, больше о вас. О том, чем вы занимаетесь, что вы любите, как проводите время наедине.

— Уверен, что чтение было захватывающим, но довольно об этом. – Он устало потирает лицо. – Вы желаете возвратиться к себе или останетесь на небольшую экскурсию?

— Экскурсию? – Недоумевающе переспрашиваю я.

Дэниэль отталкивается от стены.

— Мисс Прайс, хотите увидеть поместье моего времени?

* * *

Приняв молчание за согласие господин Де Лабом просит меня следовать за ним. Осмотр третьего этажа мы начинаем с библиотеки, и я сразу отмечаю, что комната выглядит намного уютнее в 1870-ом. Книжные шкафы расположены вдоль стен, а не рядами, как это устроено при господине Ришаре. В центре расположен диван и пару кресел, а у окна стоит круглый письменный стол, на котором находится перо, чернильница и бумага. Пройдя вдоль полок, отмечаю, что коллекция книг довольно разнообразная. Рука сама тянется к одному тому: Эллис Белл "Грозовой перевал" 1847 год.

— Первое издание… – благоговейно шепчу я.

— Вы читали? – Дэниэль выглядывает из-за моей спины, в его голосе слышится некоторый скептицизм.

— Разумеется, это моя любимая книга! – С трепетом прижимаю её к груди. – В наше время автор более известна как Эмили Бронте. Роман потрясающий.

— Так вот он каков? Ваш идеал любовной истории? – Он усмехается и отходит немного в сторону, пытаясь прочитать мои эмоции.

— Я действительно считаю, что это одна из величайших историй любви… и страдания. Может быть одно неотделимо от другого, вы так не считаете?

— Это не история любви, мисс Прайс. Это история болезненной, незрелой привязанности, погубившая не одну жизнь. Идеализировать подобные чувства могут лишь неопытные юные леди. Любовь неотделима от страдания? Это утверждение противоречит самой сути данного явления.

— Неужели? Должно быть, вы хорошо понимаете, что такое настоящая любовь?

— Что такое любовь? – Он на мгновение задумывается. – Не мне давать определение этому явлению. Да и не уверен, что у меня получится. Многие до меня пытались это сделать, и многие будут пытаться после. Испытывал ли я её? Возможно. Влюбленность? Желание? Определенно. Могу смело заявить лишь одно, любовь должна идти от чистоты сердца, а не от порочных желаний ума. "Ты это заслужила. Ты меня любила – так какое же ты имела право – ответь! Не я разбил твое сердце – его разбила ты, и, разбив его, разбила и моё". Любовь не знает гордости, не знает мести, не основывается на нелепых амбициях и праве обладать кем-то, в ней нет места эгоизму. Если для вас история Хитклиффа и Кэтрин – идеал, настоятельно советую пересмотреть свои приоритеты.

Все это время я слушала речь Дэниэля, затаив дыхание. В комнате повисает молчание. Мне очень хочется спросить, что же тогда было у них с Еленой, но он ясно дал мне понять ранее, что не хочет об этом говорить. Я смотрю на томик у меня в руках и собираюсь положить его на полку, но Даниэль останавливает меня, перехватила книгу.