Книга Паладин развивает территорию. Том IV, страница 89 – Greever

Прохаживаясь вдоль книжных полок во всю стену, герцог провёл пальцем по одной из них и проверил пыль на перчатке, после чего подошёл к широкому массивному столу напротив входа и сел в кресло.

Только теперь он сделал вид, что заметил Пелос.

— Граф Пелос Крейн. Сын Леситора Крейна. Тридцать два года, не женат. Имеет странные пристрастия: изнасилования, пытки, жестокие убийства, а теперь ещё и угрозы губернатору моей вотчины.

Пелос весь красный от гнева с трудом сдерживался, когда герцог игнорировал его приветствия, однако, услышав такие обвинения, больше не собирался терпеть.

— Ваша светлость, не должен обвинять уважаемых людей в таких вещах, не имея доказательств. Я граф империи и проявляю к вам уважение только из-за вашего титула, — заявил он.

Кое в чём Пелос был прав. Титул герцога королевства можно было сравнить с графским в империи. Хотя даже так они имели различия, и окажись лорд в Лиденгарде, он должен был бы проявить уважение к графу, тогда как герцог империи и вовсе считал выше него.

Только вот Виктору было плевать на это, даже когда он был виконтом, а теперь ему это было безразлично ещё больше. За ним слишком много влиятельных людей, а учитывая Лионию, находившуюся прямо сейчас в карете перед домом, он совершенно не боялся оскорбить кого-либо из империи.

Когда «мертвецы», следившие за всеми чиновниками вотчины, сообщили, что в мэрию пришёл сын Леситора, Виктор тут же отправился сюда, зная, что из себя представляет этот человек.

«Мир желаний» без остановки проверял всех важных людей во всём королевстве Лантарис, а также империи и уже давно смог выяснить родственные связи губернатора.

Просто Виктору они были безразличны, так как Леситор оказался хорошим управленцем и делал свою работу на отлично, чему даже Виктор порой завидовал, ведь у него не было таких навыков, как у этого старика.

Сидя за столом, герцог провёл пальцем по столу, словно что-то рисовал, игнорируя возражения Пелоса, так как руны на костях паладина горели огнём, требуя убить этого человека здесь и сейчас.

Лорд давно не ощущал такой боли, как сейчас, потому что уже давно научился подавлять их, однако в данном случае всё было гораздо сложнее.

Человек перед ним являлся монстром в человеческом обличье, и его убийства требовали не только руны, но и совесть герцога, которая говорила, что, как только это «чудовище» вернётся в свою вотчину, то обязательно пострадает ещё большее невинных людей.

Именно невинных, потому что Пелос выбирал жертв среди детей, в особенности девочек, а также женщин, которых насиловал, калечил и убивал.

Такое лорд никак не мог простить ни одному живому существу, но и убить его здесь и сейчас он не мог, кто бы за его спиной ни стоял, ведь на него ополчится вся знать континента.

Под зданием в этот момент находилась Лиония, которая прохаживалась взад и вперёд вместе со своей фрейлиной.

Она не знала, зачем сын пригласил её сюда, а когда личная стража Виктора вынесла двух рыцарей и бросила на мостовую, женщина собиралась войти в здание, но Артур попросил её не делать этого, объяснив, что лорду необходимо поговорить с гостем наедине.

Лиония, одетая в облегающий её красивую фигуру белый мундир с брюками, заправленными в белые кожаные сапоги на высоком каблуке, ждала довольно долго, и терпения у неё было не сильно больше, чем у сына.