Книга Паладин развивает территорию. Том V, страница 68 – Greever

— Это оружие, которому нет равных даже в моём арсенале. Зачем?

Владыка сравнивал скорость вливания манны со своим копьём, с которым не расставался, и разница была просто чудовищной. К тому же на точно такой же эффект, какой продемонстрировало новое, его копью потребовалось бы огромное количество манны, а в данном случае потеря совершенно не ощущалась.

Лорд, спокойно сидевший на троне, без лишних эмоций ответил:

— Мы собираемся объединить континент. Неужели ты думаешь, что вы способны мне что-то дать или незаменимы? Я могу посадить за этот стол любого и сделать из него рыцаря, который превзойдёт вас. Быть здесь — это не ваша заслуга, а данная мной привилегия. — После этих слов лорд окинул взглядом присутствующих, после чего добавил: — Я щедр к тем, кто на моей стороне, и жесток к врагам. Вот почему я решил наградить своих сторонников таким оружием! В будущем вы получите больше, оставаясь преданными мне. Если же предадите…

Он не стал продолжать, потому что все понимали, что скрыться от такого существа им будет негде.

Ронаддур, видя мощь клинка Владыки, игнорируя всё происходящее, вскочил с места и, указывая пальцем на пылающий огнём молот, крикнул Виктору:

— Малец! Дай вон ту штуку мне!

Лорд со злостью перевёл взгляд на короля, и в его взгляде читалось желание убить этого карлика, который портил все эпичные моменты, которые он с таким трудом создавал, но, сдержавшись, бросил молот, только не на стол, а прямо в дворфа.

Когда Ронаддур заметил, что горящий огнём двухметровый молот летит прямо в него, он сделал шаг назад и активировал навык «Бессмертный король», боясь, что это оружие собирается убить его, и практически не ошибся.

Вытянув руку, он схватил оружие, которое вбило его в землю почти на полметра, опаляя своим пламенем рыжую бороду, и остановил одной рукой, а затем, отменив навык, дико рассмеявшись, закричал:

— Покорись! Ты в руках короля!

Виктор, с усмешкой наблюдавший за сражением дворфа и молота, разрешил в меню передать его, и весившее десять тонн орудие в одно мгновение стало невесомым для Ронаддура.

Счастливый дворф переложил оружие в левую руку и, выбравшись из ямки, отвернулся от стола и со всего маху ударил по земле, отчего твёрдая почва трещиной в два метра шириной пошла в сторону горы на двадцать шагов.

Ронаддур смеялся, как ребёнок, обнимая оружие и поглаживая его, а когда обернулся, все наблюдали странный эффект в глазах дворфа, которые пылали огнём, как и сам молот.

Волмар, сидевший рядом с Ронаддуром, перевёл взгляд на Виктора, а затем вновь посмотрел на дворфа, которому завидовал, как и многие из находившихся здесь.

Никто не сомневался, что то, что прощалось этому карлику, вряд ли будет прощено им.

Чтобы тот ни делал и ни говорил в адрес герцога, ничто не навлекало на него гнева или неприятностей, а лишь сдержанное негодование Виктора.

Такое отношение тяжело заслужить, потому что оно было обращено исключительно к дворфам, которые в глазах лорда оставались его товарищами и откровенными созданиями.

Ронаддур, как и все дворфы, платили Виктору тем же в ответ, полностью доверяя ему и считая своим кровным братом, за которым пойдут в огонь и в воду, не ожидая от него даров и наград, пока тот остаётся таким же, каким они его знают.

Именно поэтому король так радовался своему новому молоту, потому что он подарен его братом.