Книга Паладин развивает территорию. Том VII, страница 153 – Greever

— К чёрту! — Он поднялся с кресла и на ходу расстёгивая мундир покинул кабинет.

Оказавшись в коридоре, лорд заметил Шону, возвращавшуюся с работы. Пышногрудая женщина, одетая в облегающий голубой брючный костюм, заметив супруга, замерев на месте какое-то время смотрела на него, а затем резко развернулась и пошла в противоположную сторону, но ей уже было не спастись. Виктор настиг её в два прыжка и, схватив, потащил в спальню, как коршун, несущий свою добычу в гнездо.

* * *

Виктор проснулся рано утром и, открыв глаза, увидел свою обнажённую жену, которая сидела, облокотившись на спинку кровати, с бумагами в руках.

Улыбнувшись, он потянулся к её груди, желая продолжить то, чем занимался всю ночь, но получил удар по рукам.

— Не лезь! У меня сегодня куча встреч! — возмутилась женщина и презрительно посмотрела на него. — У тебя тоже сегодня полно дел!

Лорд всё больше желал покорить свою самую строптивую жену, которая, судя по всему, считала себя центром вселенной.

Схватив её за талию, он притянул Шону к себе, а затем подмял под себя. Сопротивление женщины было недолгим, и уже очень скоро комната наполнилась стонами, которые смущали служанок, стоявших за дверью.

Спустя ещё час Виктор, довольный собой, покинул спальню супруги и отправился в столовую, где собралась вся семья.

За длинным обеденным столом собралась практически вся семья. Отсутствовали только Шона, Рагнар и Иггдрасиль.

Присутствовала даже Клиосса, которая обычно избегала остальной семьи и старалась не покидать своё крыло дворца. В отличие от прошлого, когда она занимала место рядом с главой семьи, теперь она сидела на противоположной стороне от него.

Раньше женщина считалась старшей родственницей, но когда у них с Виктором родился сын, её статус стал неопределённым, и ей подходило только одно место, которое обычно занимали почётные гости.

В огромной богато украшенной столовой Виктор шёл вдоль длинного стола, останавливаясь возле каждого своего ребёнка, пока жёны общались между собой, игнорируя его появление.

Семья не следовала жёстким правилам этикета, и никто не трепетал от появления хозяина дома. Раньше все замирали с его появлением, и когда он занимал своё место во главе стола, приступали к трапезе, но в нынешнее время только дети с радостью приветствовали отца и в короткий миг пытались рассказать ему о своих самых важных достижениях за время его отсутствия.

Виктор старательно слушал каждого и лишь спустя полчаса смог наконец добраться до своего места. Чувствуя себя виноватым за то, что вновь покинул семью на полтора года, он как мог старался продемонстрировать свою любовь и привязанность к ним.

Как только герцог занял своё место, слуги стали подавать горячие блюда, а атмосфера в помещении резко стала очень шумной, так как каждый старался быть услышанным.

«Так вот почему аристократы ввели правило, что за едой надо молчать…»— подумал Виктор, видя, как целая орава детей и несколько жён, не сдерживаясь, общаются между собой.

Единственной, кто молча приступил к еде, была Сильвия, которая оставалась герцогиней до последнего.

Одетая в наряд, похожий на золотое платье китайской императрицы, женщина заметила взгляд супруга.

— Алганис вернулся с восточной границы королевства. — Коротко сообщила она и продолжила есть.