Онлайн книга «Жертва Весны»
|
Он сразу сказал: я могу пользоваться всем, что вижу, денег у него столько, что хватит до конца жизни, и если я не хочу работать, то это не проблема. А если хочу – работу нетрудно организовать. Я попросила его не вмешиваться. Повторила это дважды, внимательно глядя в глаза, и скрылась за дверью своей комнаты. Скоро начались первые вызовы. Я слышала глухие шепчущие голоса, короткие, отчаянные вскрики, но не понимала, что с этим делать, и поначалу пыталась их просто игнорировать. Тогда и позвонила Фрося. – Вера, ты можешь приехать? – спросила она без предисловий. – Сейчас? – Да. – Что-то с Миланой? – Просто приезжай, ладно? Или, если умеешь… Вроде Хельга умела перемещаться. Я задумалась. – Я не знаю как. – Кто-то должен позвать тебя. – По имени? – Нет. Она замолчала. И я молчала, размышляя, что слышала в последние дни чаще всего. – Возможно… – начала я, чувствуя, что, если произнесу это, назад дороги уже не будет: мне придется признать, во что я превратилась. – Кому-то нужно подумать о смерти. Очень сильно… пожелать смерти. В трубке послышался шорох – видимо, Фрося куда-то шла. – Ты можешь подумать о том, что тебе плохо? О смерти? – тихо спросила она. – Позови ее, иначе она не появится. Я вдруг отчетливо поняла, к кому она обращается. Мы так и не поговорили. Да и разговаривать было не о чем. Я же сама его попросила. Сама предложила это сделать со мной. Прежде чем в голове прозвучал знакомый голос, шепчущий «Забери меня», предплечья обхватили тугие пластины. Лоб стянул стальной обруч, кожу огладил теплый бархат, и реальность схлопнулась. Я стояла в комнате с низкими потолками и искусственным желтым светом. Стол в углу, ряд шкафчиков с рассохшимися от влажности дверцами, повсюду раскиданы игрушки. У мойки сидел Антон – прямо на полу, замотав правую кисть в окровавленное полотенце, – и наблюдал за мной из-под опущенных ресниц. – Пришла, – хрипло сказал он и вымученно улыбнулся. В дверях стояла Фрося в домашнем розовом платье. Плечи у нее напряглись, настороженный взгляд перебегал с меня на Антона. Из-за ее колена выглядывала Милана – златокудрая и голубоглазая, как кукла. – Милаша, иди в комнату. – Фрося подтолкнула дочь вглубь коридора, но сама не двинулась с места. Я глубоко вдохнула – на кухне пахло молоком и подгоревшим хлебом. Пахло застарелой болью, горечью и близкой смертью. – Что случилось? Милана вцепилась в колено матери, молча наблюдая за мной. – Он опять бил стену, – пожаловалась Фрося, словно Антона здесь не было. – Вчера подрался с какими-то гопниками. Я не могу оставить с ним ребенка! – Ты хочешь, чтобы я забрала его в Озеро? Голубые глаза расширились. – Нет! Просто сделай, чтобы ему не было так больно. А то невозможно! Я взглянула на быстро пропитывающееся кровью полотенце. Не так давно Антон тоже колотил стену. Но тогда меня еще волновало, больно ли ему. Я опустилась перед ним на корточки. – Ты звал меня. – Милаша, пойдем. – Фрося взяла Милану за руку. – Не мешай папе. Они ушли. Антон смотрел на меня темными отрешенными глазами. На щеке у него лиловел синяк, лицо вытянулось и осунулось, будто он не спал двое суток. – Веры больше нет, – наконец с трудом выговорил он, и я заметила, что нижняя губа у него разбита. – Ты не она. Что-то шевельнулось в груди. В обличье Зимней Девы я чувствовала совсем мало, мир виделся иначе: люди походили на скелеты, обтянутые плотью, а под ней билась их главная драгоценность – жизнь. Но эти слова затронули что-то так глубоко во мне, что я склонила голову, прислушиваясь к ощущениям. |