Книга Наследники Триглава, страница 68 – Игорь В. Свинин

«Проклятое Колесо, ну почему так медленно? Что делать? Стоять ждать? Или бежать к корыту, которое впереди? Нет, там скользко, на досках сплошная плесень – это же самоубийство! Загремим – костей не соберёшь! Всё, ставлю амулет, он задержит медуз. Пусть все увидят, зато живы останемся!»

Палец привычно вычертил трилистник.

«Это неправильно! – прошептал он про себя. – Отец Триглав, помоги нам!»

Оберег вспыхнул и погас, а его хозяин отвернулся, готовясь к прыжку. Больше он ничего не мог сделать. Если мокруны догонят, значит, так решила кривая пряха.

Вот и край карниза, в одном шаге.

— Давай! – Ланек и Марика выкрикнули это одновременно и рванули толстяка, спрыгивая с доски.

Камень площадки ударил по ногам, все трое покатились по ней, обдирая руки, бока, и врезались в дальнюю стенку.

«Вроде жив! – Ланек ощупал себя. – И даже цел».

Первой вскочила девчонка, испуганно глядя на Колесо. Рядом охнул, поднимаясь, Волян.

Ланек обернулся: ни мерцания, ни водяных нашлёпок. Только тёмные доски обшивки и мокрые корыта движутся навстречу, исчезая под карнизом.

— Спаслись? Пакля, вроде нет никого.

— Где мы? – Слепой ухватился за плечо приятеля.

Далеко внизу огоньки торговых кварталов, выше – очертания верхнего города. Черепичные крыши приюта остались слева, за зубцами скалы.

— На утёсе мы, между склоном и Колесом, – объяснил Воляну Ланек. – Ты рядом ничего не чувствуешь?

— Нет, – ответил слепой, на мгновение задумался и повторил уверенно: – Ничего нет, всё колдовство внизу осталось.

— Значит, мокруны нас потеряли.

Марика отряхнулась от мусора и насмешливо хмыкнула.

— Они-то потеряли! И мы сами потерялись. Ну, умник, куда ты нас привёл?

— Ну что же, благородный господин, – не знаю, как вас по имени… здесь нам беседовать никто не помешает.

Дарен сдёрнул повязку с глаз франта – расколотая серебрёная полумаска свалилась с лица, оставив на коже мелкие осколки фарфора. Пленник сидел на кривоногом стуле, надёжно привязанный к перекладинам. В каморке царил полумрак, но тусклого света цвергова фонаря вполне хватало, чтобы видеть, как ярко блестит перед глазами кинжал механика. Тот вертел своё оружие в пальцах правой руки, потирая при этом левой грубый шрам на щеке.

Пленник подобрался, съёжился, с голым лицом чувствуя себя жалким и беззащитным. Но родовая гордость взяла верх, и, отвечая, он вложил в свои слова как можно больше презрения.

— Почему это я должен с тобой разговаривать?

— Потому что вы связаны и безоружны, чего нельзя сказать обо мне. А ещё мне совсем не нравится, что вы ходите за мной по пятам и суёте нос в чужие дела. Кстати, колдовать не пробуйте: это особый светильник, и последствия вам не понравятся.

Мастер поднёс остриё ножа к самому горлу.

— Ты не посмеешь, я Равентал!

— Что это меняет? Мы, вольные мастера, не испытываем симпатии к имперской знати, вам-то это хорошо известно. Итак?

Пленник усмехнулся и твёрдо сжал побелевшие губы.

— Нет?

Дарен убрал кинжал и отодвинулся, задумчиво глядя на франта.

— Должен признать, вы не робкого десятка, а времени у меня немного. Может, просто вывести вас на люди без маски? Это позор для вашего дома.

— Больший, чем оказаться в грязных лапах мужлана? – фыркнул связанный. – Не смеши. К тому же это было бы принуждением, а значит, бесчестьем только лично для меня. Ради семьи я это переживу.