Книга Наследники Триглава, страница 28 – Игорь В. Свинин

Ланек был в отчаянии. Он снова толкнул дверь, но та лишь возмущённо скрипнула. И с петель её не снять: доски толстые, щели в косяке нет, это тебе не хлипкая арестантская повозка. В узкое окошко под самым потолком пролезть не удастся – переплёт прошили два толстых железных штыря. Не иначе, в подвальчике была когда-то купеческая кладовка.

Между тем три братца, сидя на табуретах, молча разглядывали гостей.

— Чего таращитесь? – рассердился Ланек. – Скажите лучше, как нам выйти…

— Не скажу, – насупился старший. – Мать не велела!

— Слушай, тощий, я из тайной гильдии! – надвинулся на него Рыжий. – Не расколешься – на нашей улице не появляйся!

— Тоже напугал! – фыркнул средний. – Врёшь ты!

— Не веришь, ладно… А это хотите?

Вик полез в карман, достал три медные монетки.

— А не обманешь?

— Да чтоб я… вот зуб даю!

— Ладно, – кивнул наконец старший. – Можно через погреб уйти.

Под половиком на полу обнаружилась крышка люка, ведущего в подполье. Когда Вик, Ланек и старший брат, схватив за ржавое кольцо, подняли её, снизу дохнуло сыростью и грибами. Спускаться пришлось по кривой скрипучей лесенке. Даже под мальчишками она ходила ходуном. Оказавшись среди бочек и ящиков, братец указал на слабый свет в углу, идущий из пыльного окошка.

— Видишь? Там не заперто. Теперь давай, что обещал.

Вик сунул старшему монетки и полез вперёд. Измазавшись в паутине и пыли, беглецы выбрались на тесный задний двор.

— Вот говорил же! – скривился Рыжий, отряхиваясь. – Взрослым на нас плевать, даже твоей тётке. Мы сами по себе!

Ланек в ответ только тяжело вздохнул. Вик был прав.

— В берлогу нам нельзя… Видел на углу медноголовых? Или сразу прихватят, или выследят, – размышлял на ходу Рыжий. – Есть тут одна норка, где я в облавы отсиживаюсь. Если Седой про неё не пронюхал, схоронимся.

Снова пришлось протискиваться в узкие щели, перелезать заборы. Наконец приятели оказались в извилистом проулке, пропахшем свежим деревом, смолой и лаком.

— Вот и мой чуланчик. Пошли…

— Стой… – Ланек схватил приятеля за руку.

Слишком здесь было пусто и безлюдно, неприятно пусто, до ужаса. В разгар дня не бывает такой тишины. Как будто всю улицу накрыли ватным одеялом.

— Да ладно, – отмахнулся Рыжий, – всё равно больше некуда. И рядом ни души, нам это на руку.

Он стряхнул пальцы приятеля и, хрустя рассыпанной повсюду стружкой, начал пробираться через кучу деревянного хлама в угол тупика. Отодвинул несколько досок, приоткрыл узкую дверцу и заглянул внутрь.

— Вот, всё как оставил. Давай скорей, пока никто не видит.

Ланек вдохнул поглубже и шагнул в проулок.

Когда до чулана оставалось несколько шагов, пыль и мусор под ногами взвились вихрем, и из него выскочила блестящая верёвка. Она хлестнула по ногам, с шипением скрутила лодыжки, рванула вбок, бросив на спину. Удавка, словно живая, принялась заматывать его, не давая встать или отползти. Вик сразу оказался рядом, выхватил шило и ударил блестящий шнур, но остриё соскользнуло с чешуек, а ловушка сжала Ланека так, что он вскрикнул от боли.

— Помоги, она мне ноги сломает! Эй, ты куда?

Рыжий вскочил, испуганно глядя куда-то за спину приятеля.

— Прости, Пакля, я тебе должен, но своих бросить не могу. Молчи про нашу берлогу… Если что, сможешь у нас отсидеться…

— Стой, куда ты? Ты же говорил, мы вместе!