Книга После развода. Ненужная истинная дракона, страница 142 – Анна Томченко

Он думал о нас.

И совсем непонятно было, когда в один момент я увидела себя на много лет младше в особняке. Я была очень слабой. Я была очень уставшей, напуганной. Именно такой меня видел Герберт. Но, что его сильнее всего поразило — гордость. И позже рассказывай мне о том, как он ощущал нашу первую встречу, не раз повторял о том, что старая кровь обычно так себя и ведёт.

Метка истинности смывала преграды между двумя людьми и давала проникнуть в душу другого. Это было ярче всех признаний. Это было правильнее любых слов.

Поэтому, когда через полгода я поняла, что мы никуда не уедем, что мы останемся в Аркаре — обида стала таять. И особенно сильно, как снег в летнюю луну, обида таяла от прикосновений Герберта к животу.

— Как ты его назовешь? — Спросил он, обнимая меня со спины и слегка приподнимая живот наверх так, что я аж выдохнула.

— Я не знаю. — Рассеяно отозвалась, чувствуя, как по крови разгонялась магия: сильная и необъятная. — Может быть, Кристофер? Или кристоф?

— Кристофер. — Мягко поправил Герберт, целуя в висок.

— Ты будешь блокировать его магию, как это было с Рупертом и Адалиндой?

— Нет. — Его ладони гуляли по животу и малыш, словно чувствуя отца, радостно бултыхался внутри, заставляя меня вздрагивать и морщиться, когда он опускался слишком низко. — Мои дети не должны страдать от того, что им даровано больше, чем кто бы ты мог осилить. Адалинда прекрасно за полгода справилась со своей магией. — На ухо шепнул Герберт.

И он был прав. Адалинда за полгода освоила, как вызывать огонь и как его гасить. Она радостно смеялась в моменты, когда языки пламени охватывали её фигурку. И по секрету рассказывала мне, что когда станет большой и сильной, то Руперт обязательно даст ей свой меч. Руперт на такие заявления качал головой и закатывал глаза.

— Тебе не меч нужен. Тебе платье бальное нужно. — Говорил он легко и беззлобно.

А вот Форест с каждым днём становился все задумчивее и задумчивее. Наверное из-за того, что Люсиль отсутствовала. Я ни разу не спросила у него: а как это все произошло. Просто потому, что это было не моё дело. Но зато Люсиль считала своим делом абсолютно все. Поэтому вешала на меня амулеты и старые украшения, которые привезла из столицы.

Мне в какой-то момент показалось, что мы навсегда остались в горах и поэтому пользуясь даром младшего сына, я возле замка напоила землю, дала ей силы. Леди Айлин глядя на это, закатывала глаза.

— Боги, Анна, тебе было мало оранжереи и ты решила себе устроить сад?

— Да сад в горах, наверное это будет правильно.

И тогда смущаясь, она улыбалась.

— Правильно. Только ты не забудь, что ты можешь позволить себе этот сад. Не забудь, что сил у тебя стало намного больше.

Я подозревала, что силы эти связаны не только с малышом, но и с тем, что дракон узнал свою истинную.

И когда Герберт очень сильно отвлекался, либо погружался в какие-то раздумья, он не замечал, как у него меняются зрачки, не замечал, как у него удлиняются ногти. А ещё он не замечал, что иногда даже цвет волос становился пепельнее.

Через три луны на свет появился Кристофер Шейн — крикливый, темноволосый младенчик, которого я родила слишком быстро. Так, как будто бы это не составило мне никакого труда. И на этот раз не было медиков. Не было магов. Была леди Айлин и леди Инесс. А ещё Герберт, стоявший в изголовье кровати и заплетающий мне волосы. Он что-то шептал и мне казалось, что он успокаивал.