Онлайн книга «Дневник лесного янгире»
|
Майя пыталась освободиться сама, но сил просто не было. В глазах у неё все поплыло. Она вновь начала проваливаться в сон и когда черный козел проник в конюшню, она с надеждой сказала: – Ты пришел… Я думала, что больше никогда тебя уже не увижу… -и опустила голову, потеряв сознание. Козел зубами разорвал веревки на спине девочки, и отправился назад к выходу. Майя осталась одиноко лежать на земле. Погода на улице стояла холодная и тихая. Шел снег. В конюшне появился Вэрдэ с полупустой бутылкой в руке. Увидев уходящего рогатого козла, мужчина перекрестился. – Господи, что за нечистая… -сказал он и покачиваясь, опустился на колени рядом с дочерью. —Прости меня… -на его глазах появились слезы. —Прости, дочь… Безвольное я существо… Твоя родная мать сейчас смотрит сверху и проклинает меня! Я тебя предал… Вэрдэ в слезах, отхлебнул из бутылки и вдруг почувствовал сильную рвущую все внутри, боль. Его вырвало кровью. Он схватился за горло, но рвотные кровавые массы продолжали брызгать из его рта. Потом у него потемнело в глазах и он рухнул замертво. Кожа на его лице и руках почернела. Пропели петухи. Майя проснулась на рассвете и увидела рядом чье-то бездыханное тело. Она не сразу узнала отца, будто выпачканного в черной краске. – Что случилось, папа? —спросила Майя, отбросив в сторону рваные веревки. Глаза Вэрдэ смотрели в потолок. Он не дышал и сердце у него не билось. Девочка заплакала над холодным трупом. Прикрыв его веки, она вышла наружу. Ощущение, что случилось что-то страшное, охватило весь ей разум. Майя кинулась домой и когда зашла внутрь, увидела страшную картину. Мертвая мачеха с большим пузом и мертвая сестра лежали в своих кроватях. Все они покрыты черной оспой и лежат с глазами, которые уже никогда не закроются. Девочка была потрясена. Она почувствовала пустоту внутри и слабость в коленях. Находиться внутри, было невыносимо. Девочка выбежала наружу и зарыдала. Погода на улице была безветренная и тихая, даже легкого дуновения ветра не чувствовалось. Все вокруг создавало впечатление безжизненного пространства. Деревня была мертвой. В какой-то момент, Майя увидела на улице последнего выжившего. На неё злобно смотрел Тихон Скобеев. Всё его лицо покрыто черными язвами. Белки глаз приобрели желтоватый оттенок, зрачки побелели. Мужчину трясло. – Во всем виновата ты – языческая гиль… -произнес он, пуская изо рта кровавые пузыри. —Всех охватила страшная болезнь… Всех, кроме тебя! – Я не виновата в смерти других! —крикнула девочка. – Из-за тебя, чума уничтожила деревню. Я тоже умираю, но я не могу уйти, не забрав тебя! Я не дам тебе жить… Я вырву твое сердце. -кинулся за ней гниющий Тихон. Майя спряталась от него в пустой конюшне и схватила со стены первое, что попалось под руку, а именно наточенный большой серп. С выпрыгивающим из груди сердцем, она притаилась у входа и замерла в ожидании. И когда Скобеев, что-то мыча, вошел за ней внутрь, девочка молниеносно опустила лезвие прямо на его череп. Хрустнули кости и серп глубоко вошел в голову христововера. Он еще несколько шагов сделал по направлению к девочке, протягивая свои длинные руки с темными язвами на коже. Майя в страхе отступала. Она пятилась, пока спиной не уперлась в стену. Дальше пути нет. Она, с замиранием сердца смотрела, как все замедляющимися шагами к ней приближается Скобеев, протягивая пальцы к её горлу, но когда их разделяло всего два шага, он покачнулся и медленно опустился на солому. |