Онлайн книга «Дневник лесного янгире»
|
Шульц уже подходит к двери гаража и напоследок говорит: — А знаешь, у этого членососа сейчас проблемы… — Да? Какие? — Папа его в универ определил. Денег не дает, машину вот-вот грозиться забрать… Я хмыкнул и закурил. Шульц продолжил пробежку, а я, захлопнув за ним дверь, вышел в сад у дома. Дождь уже заканчивался. На горизонте появляется радуга. Я сжимаю кулак и смотрю на ушибы. На сгибе пальцев появились бугорки. Где-то идет кровь. Разбитый кулак ужасно болит, но я принципиально не пью обезболивающее, ведь я это заслужил. У дома проходит дедушка и качая головой, говорит: — Только и знаешь, что ввязываешься в драки и неприятности. В армию надо тебя… — Отвали дед, а? Задрал уже на самом деле! Сплевывая в сторону, нагибаюсь к клумбам с орхидеями, которые посадила мама и у меня появляется идея подарить их Сун. Чем не повод, чтобы встретиться с ней в самое ближайшее время. Увидеть её и обнять, вдыхая аромат волос. Я глубоко вдыхаю воздух, представляя, как она пахнет. Воздух пропитан ею. Все в этом мире было пропитано ею. И это было не реально. — Не хочешь встретиться? —спросил я у неё по телефону. — Ты приедешь? Может, погуляем где-нибудь? Время еще было не позднее. Даже не вечер. Есть огромный риск встретиться со стаей чмырей Яна. Но что не сделаешь ради любви? Спрашиваю: — Куда ты хочешь пойти? — Не знаю… Может на стадион? Я подумал про себя, что там слишком людно. — Туда мне не хочется… — В кафэ суши поедим? — Я не хочу есть. — Хорошо, что ты тогда предлагаешь? «Кладбище…» -сказал я про себя и зло посмеялся. — У нас в городе есть закрытый парк аттракционов. Ты была там? — Хм… Нет. — И прекрасно… Я надел черные очки и панаму, которую отобрал у чела без передних зубов. Сун встречала меня на мосту с электрички. На ней сиреневая рубашка и джинсы Levis. Как только я её увидел, мое сердце забилось быстрее. Было заметно, что она тоже рада меня видеть. Я обнял девушку и поцеловал её в губы. Мое сердце вот-вот разорвется от счастья. Диспетчер что-то громко говорит на весь вокзал, а я продолжаю крепко держать в объятьях и целовать её так, будто мы были годы в разлуке. — На нас люди смотрят… -говорит она, оторвавшись от моих губ. — Это тебе… -протягиваю я ей цветы. Сун благодарит, сияя от радости. Выращенные мамой, орхидеи подействовали на неё впечатляюще. Я беру её за руку и мы уходим. На руке у меня – мотоциклетная перчатка. Чтобы Сун не задавала вопросов про разбитый кулак. На улице пасмурно и кажется что вот-вот пойдет дождь. Мы не спеша, идем по городу и болтаем. Сун рассказывает мне про оволактовеганство, про то, что люди жестоко используют животных, как ресурсы. Что мечтает быть активисткой и вдохновлять окружающих на борьбу с людьми, которые эксплуатируют животных с целью производства одежды и пищи. — В какой момент ты поняла, что будешь оволактовеганшей? —спросил я. — Мне было около пяти лет. Мы жили не тут, а в Красноярском крае. У нас было хозяйство… Коровы, свиньи. С одной свиньей у меня были особые отношения. Я наблюдала за ней, кидала ей мармелад, гладила её… Однажды дедушка сказал, что на зиму пора готовить мясо и её очередь пришла. И взял в руки нож. Я плакала и просила его не убивать, но дедушка был непреклонен. Сказал, что без сала будет худо зимой… Я смирилась… Что маленький ребенок мог сделать в такой ситуации? Нарыдавшись, я попрощалась с ней… У неё в этот момент были такие глаза… Мне казалось, что она мне верит, а я её предаю… После этого я твердо решила больше не есть мяса. |