Книга Дневник лесного янгире, страница 8 – Алекс Муров

По кафельной плитке ползает муха.

— Уже осень. Теплее не будет… —повторил я.

Смотрю на муху и повторяю:

— Уже осень. Теплее не будет… Уже осень. Теплее не будет…

Резко шлёпаю ладонью по мухе и размазываю её по стене, предаваясь водному массажу.

Выходные я проводил у своего дедушки за городом. Тут меня по классике, ожидал деревянный дом, которому больше века, с белыми резными узорами на окнах. За ним – сад, яблони и груши, грядки, ржавые баки… И над всем этим открывалось необъятное лесное море. Здесь было потрясающе красиво. Я мог часами, без какого-то смысла, умиротворённо бродить по лесном массиву, слушая через наушники любимую музыку. Самое прекрасное, что есть у моей страны, это, наверное – лес. Воздух тут кристально чист и так приятно пахнет ароматом хвои, растворенным в воздухе. Лес удивителен. Моё сердце заполняла ненависть, когда я видел, как какие-нибудь мрази с пилами, уничтожали его. Если ты страстно любишь лес, ты постараешься его сохранить, а не уничтожить. Когда любят – берегут. То же зло я испытывал и к охотникам, когда встречал их с ружьём в руках, в чаще. Не раз собирал заготовленную ими, тонкую, как струна, проволоку, в которой запутываются лосята. Твари… Я ведь любил животных. Они – дети Вселенной, как я и ты, дорогой читатель. Они живут здесь у себя дома, но жалкое подобие человека, ради удовольствия, не ради необходимости, как это было в далёком прошлом, приходит и убивает… Ещё и при этом, гордо называет себя хозяином… Наверное единственное, что природа сотворила лишнее – человек. Ведь в отличие от других живых существ, он готов разрушать мир лишь из-за своих низменных амбиций. Sad but true…

Это случилось в один солнечный осенний день. Я ушел в лесное море на прогулку. И эту прогулку я не забуду теперь точно, пока мой дух владеет этим телом и если мне конечно, в будущем, не помешает Паркинсон.

Я долго шёл вглубь леса и случайно наткнулся в чаще, на «загашник». Место, где охотники частенько потрошили своих жертв. Сначала я увидел под ногами – рога лесного зверя, потом траву и листву на земле, всю покрытую красным. Я поднял глаза вверх и увидел на молоденькой растущей ёлке, на самом верху, как на наряженной на Happy new yare, вместо звезды – белый лосиный череп, забрызганный кровью. Мертвые пустые глазницы смотрели на меня. В них больше не было жизни. Я подошел и встал под дерево с черепом. Мне на голову капнуло красным веществом. Я размазал кровь на обеих щеках и стал похож на индейца. И в этот момент я услышал гул, от которого кровь застыла в моих жилах. Этот странный и необъяснимый гул я не забуду никогда в жизни. Он был похож на скрежет металла. Как будто кто-то проворачивал какой-то гигантский заржавевший механизм. И его части трутся друг о друга и издают этот скрежещущий, вызывающий приступ страха, звук. Ни один звук не способен так напугать, как этот. Наверное, если бы ад на самом деле существовал, этот шум исходил бы оттуда.

Я оглянулся. Внутри у меня всё ходит ходуном. Гул прекратился.

Бросившись домой, я начал понимать, что иду не по той дороге, что раньше. Места, что мне встречались, я больше не узнавал. Даже природа изменилась. Сначала меня окружали мёртвые сухие ели, которых были тысячи и ничего вокруг. Потом, проплутав несколько часов и осознавая, что заблудился окончательно, вышел на большое, мрачное болото. В который раз пожалев, что не взял с собой телефон, вытащил пачку сигарет и закурил, уставившись на тёмную болотную воду. Со мной такое было в первый раз. Я ходил всегда очень много, с дедушкой, который рассказывал, мне что, где и как и не мало изучал лес в одиночку. Но на этот раз, будто восток с западом местами поменялись. Я действительно потерялся.