Книга Девочки не плачут, страница 61 – Оксана Евгеньева

— Что мне делать?

— Во-первых, успокоиться. И понять, что ничего страшного не случилось. Во-вторых, Денис мог бы тоже проявить себя по-другому. А он как пацан – ушел, психанул. Даже разбираться не стал. Сдался, сопляк. А теперь сидит у подъезда. Страдает. Тоже мне, цветов испугался. Барбос.

— В смысле, сидит? – Алена посмотрела на подругу с надеждой.

— Вот так и сидит. Говорит, охраняет нас. Барбос, одним словом. От кого охраняет только, непонятно, – хихикнула Аня. – Но дело хозяйское. Пусть сидит, раз хочется. Домой подняться отказался, а я предлагала.

Алена улыбнулась, а потом бросилась к окну. Увидела Дениса и на душе потеплело.

— Вот дурак, – с нежностью сказала она.

— Дурак. И ты не лучше.

— И что мне делать? Спуститься за ним?

— Напоить меня чаем и накормить. И успокоиться. Хочет Денис тебя охранять, пусть охраняет. Ты ведь ничего такого не сделала?

— Нет.

— Вот и не надо бежать к нему по первому свистку. Он мужчина. Пусть сидит и думает. Хорошенько думает. А то цветы его напугали! Тоже мне. Убежал. Побежишь за ним, потом полжизни бегать будешь. Мужчины должны отвечать за свои решения. Не ты, а он. А ты принимай его выбор. А то получится потом как у меня, – Аня вздохнула и плюхнулась на табуретку.

Алена суетилась, собирала бумажки со стола. В присутствии Ани ей стало легче. Тепло ей стало. Она налила подруге чай, нарезала привычных бутербродов. Другой еды в доме не оказалось.

И села рядом, чтобы послушать о том, что случилось у Ани за эти дни.

Подруга рассказывала про деда и улыбалась:

— Представляешь, какие были мужики. Да если бы дед увидел у своей Шурочки цветы, я тебе говорю – он бы мигом их сам на помойку вынес. Сгреб жену в охапку, и все – она была бы обречена на любовь с ним. А курьеру потом пятак начистил бы, чтоб тот не ходил больше, а цветы маме носил. И Павлу бы тоже начистил. Уж точно бы не бегал как пацан под окном сидеть. А всем по заслугам накидал.

— Не. Я так не хочу, я за мир во всем мире и никаких драк. Пусть лучше сидит.

— Не хочет она. За мир. Тьху, – Аня деланно плюнула, – раньше люди другие были. Хотя, может, не все. А только дед такой…

— Может. А этот Петя, он тебе как?

Аня вздохнула:

— Хороший мужик. Красивый. И добрый. Но вот с таким чувством долга, – Аня раздвинула руки в стороны, чтобы наглядно показать. – Жалко его. Он себе вбил в голову, что обязан деду всем на свете. Взрослый мужик, ему уже хорошо за 30, а на уме только работа и дед. Как-то это неправильно. Когда внук свою жизнь к ногам деда стелет. Это не благодарность. Это какая-то болезнь.

— Да, – вздохнула Алена. – Неправильно.

— Деду его жертвы тоже не нужны. Но ему 90. И он одинок. То есть ситуация такая, что Петя его не может оставить. Вот так и живут вдвоем. Кукуют. Дед страдает, что не доживет до правнуков. А Петя только и думает, как страшно остаться одному. И ведь не понимает, что будь у него семья, всем было бы хорошо. Дед ему люто меня сватает. Говорит, хорошо, что уже с ребенком. Представляешь? Впервые слышу, чтобы невеста с животом от чужого – это было бы хорошо.

— Может, и правда хорошо? Петя присмотрится, на еду твою подсядет. Ты же подарок для любого. Только твой Вадим – дурак, – вздохнула Алена.

— Может, и присмотрится. Но зачем ему я?

— Как это зачем… Таких как ты надо клонировать или ксероксом размножать. Была бы я мужиком, ты бы уже давно в женах у меня ходила.