Книга Девочки не плачут, страница 2 – Оксана Евгеньева

С этого началась наша семья. Первые месяцы – как в раю. Бесконечное наслаждение. Никакой притирки, минимум бытовухи. Эдем.

Мы не предохранялись с самой свадьбы, потому что были готовы к детям, оба хотели их. Но ничего не получалось. Каждый новый тест на беременность – сплошное разочарование и мои слезы. Павел поддерживал, оберегал мои чувства, а позже настоял на том, чтобы я ушла с работы и занялась своим здоровьем. Я не сильно возражала, потому что очень хотела стать мамой. Меня не пугала роль домашней хозяйки. Наоборот, я с радостью ее приняла. Отработала последние недели и осела дома. Бегала по врачам, сдавала анализы и обустраивала наше семейное гнездышко.

«Какой же он у тебя классный», – говорили подружки. Мне реально завидовали. Да что там, я сама себе завидовала и радовалась, что мой муж – настоящий мужчина. «За ним как за каменной стеной», – думала я. Только вот забыла, что в тюрьме тоже каменные стены.

Он говорил мне:

— Милая, ты мало ешь. Слишком худая.

И носил торты и пирожные коробками. Мы по вечерам пили чай и наслаждались их вкусом и жизнью.

— Я же буду толстушкой, – смеялась я.

А он отвечал:

— Моей толстушкой. Я не хочу, чтобы на тебя смотрели. Так что ешь, давай, дорогая.

И смеялся. А я смеялась вместе с ним. И ела, ела, ела. Я не думала ни о каких подвохах, была как на ладони перед ним. Знаю, сейчас многие скривятся: «А чего ты хотела, дурочка? На все готовое с мужиком-красавцем. Да ты сама во всем виновата».

Не буду спорить. Я и правда сама.

Где еще можно найти более понимающего мужчину? Да только в сказке. И то, не в каждой. Мой принц был самым лучшим и нежным мужчиной на свете.

Я тоже старалась ради него. Жена должна быть хорошей кухаркой? Я училась готовить. Убирала. И ни в чем ему не отказывала. Богиня в постели – пожалуйста. Я старалась по всем направлениям и никогда не отличалась консерватизмом в проявлениях любви. Я видела, что Павел это ценит. Он любил разнообразие и игры. Поэтому наш шкаф был полон разных игрушек и одежды.

Только вот детей у нас не было. Как ни старались.

* * *

Через шесть месяцев после свадьбы к нам приехала его мама. И это было самое суровое испытание для меня. Она была невыносима. Мне казалось, что ее задача – довести меня до психушки своим недовольством. Но я знала, что скоро она соберет свои вещи и уберется из нашей жизни. Поэтому терпела все ее придирки, все издевательства ради мужа. Он к маме относился не просто с сыновней любовью, а с каким-то непонятным почитанием – разве что руки ей не целовал постоянно.

Естественно, я не решалась сказать ему и слова поперек о его матери, хоть это было сложно. Она докапывалась до меня по любому поводу. Ей не нравилось абсолютно все: как я готовлю, как заправляю кровать, как крашусь. Она постоянно вмешивала Павла, рассказывала ему, как он ошибся с женой. А я терпела. Ради него. Терпела. И молчала. Он лишь пожимал плечами. Вот тогда мне надо было задуматься. Что муж ведет себя странно. Не защищает меня.

«Павел, что ты за барышню выбрал? Она ведь ничего не умеет. В быту ничтожество, внешне – тоже глянуть не на что. Так еще и родить не может. Павел, эта женщина бракованная. Она живет на твои деньги, сидит на твоей шее, а толку от нее нет никакого. Она ведь и не родит тебе никогда».