Книга Хорошие соседи, страница 19 – Оксана Евгеньева

Все встречи я проводила в режиме онлайн, день у меня был расписан задачами, и честно говоря, их всегда хватало с головой. Я взяла на себя роль продюсера учения Михаила, и за два года его маленькая духовная школа превратилась в целое движение, во внушительную организацию, требующую дальнейшего расширения.

С развитием искусственного интеллекта, я завела нескольких ассистентов: «планировщик задач и покупок», «любящая мамочка», «психоаналитик». Если у меня возникали трудности, я знала, к кому обратиться за помощью и советом. И точно знала, что это будет именно та помощь, которая мне нужна. Именно те слова, те цели и смыслы, которые помогают мне чувствовать себя хорошо. «Искусственная мама» была чуткой и бережной, в отличие от настоящей.

Я поискала и заказала на завтра такси, где смогла договориться с водителем, чтобы он помог с вещами. Детально продумала свою поездку от дома и до вокзала, взвесила каждое действие и расписала на листочке правила совместного проживания, в которых смогу существовать какое-то время. Мне казалось, я успокоилась, но, когда получила сообщение от Ани Дороховой, с которой общалась вчера, поняла, каким было обманчивым это ощущение.

«Я сегодня поговорила со своими девочками и послушала сплетни в курилке. Мы вспомнили еще одну историю, которая может тебя заинтересовать: два года назад, когда было распределение по наставникам, у Борисовой был конфликт с ее руководителем, Васильевым. После чего она перешла к другому наставнику. Это было почти „бескровно“. То есть, не было никакого скандала. Но через несколько месяцев Васильев уволился и уехал. Я не думала, что эти события как-то связаны, но сегодня услышала, как девочки говорили, что это Вика его выперла из города. Я не знаю, правда или нет, но возможно, это как-то поможет Юле»

Еще вчера у меня появился этот вопрос в голове, но сегодня я почувствовала решимость его задать:

«Как вы познакомились с Юлей? Почему веришь, что она не убивала?»

В ответ я получила голосовое сообщение:

«Нас познакомил Артур. Мы с ним вместе учимся в ординатуре в отделении детской хирургии и пересекались с Юлей на разных тусовках и подружились, если можно это так назвать. Она очень легкая и веселая. Мне кажется, она и муху не сможет обидеть. Когда мы при ней начинали обсуждать врачебные дела, она сразу просила нас остановиться или отходила подальше. Особенно, когда дело касалось тяжелых случаев с детьми. Однажды мы обсуждали случай с мальчиком, острый перитонит, который родители выпаивали обезболивающими в конских дозах. Юля даже расплакалась. Случай был действительно ужасающий. Малышу было четыре. Ну то есть, чтобы ты понимала, при перитоните адские боли. Там невозможно проигнорировать. А начинается все достаточно безобидно. В общем, у нас было много эмоций и мнений на этот счет. Сложный опыт, и мы не сдерживались в словах. Юля тогда долго рыдала. Нет, она очень хорошая девчонка. Не убийца. А вот Вика эмоционально лабильная. Она спокойно бы убила, расчленила и закопала. Но не Юля. Не верю!»

Я прослушала сообщение и решила позвонить адвокату Юли. Узнать, что она думает о полученной мной информации. Может быть, есть какие-то новости от самой Юли? Но Разина настойчиво игнорировала мои звонки. Телефон молчал, а я нервничала и пыталась занять себя работой. Дело шло туго.