Книга Дружба чистых сердец, страница 10 – Оксана Евгеньева

Бабушка замахала руками и пригласила меня во двор.

— Ты к кому приехала? Где отдыхаешь? А то смотри, у меня тут какое раздолье, вон можно раскладушку в огород вытащить. И по деньгам совсем смешно получится.

Я улыбнулась, почему-то сразу вспомнив любимый фильм детства «Спортлото-82».

— Спасибо, я из «Желтого дома», у Вероники Максимовны остановилась.

— Батюшки. Так ты дефектиф. Да?

Я чуть не поперхнулась от услышанного и вытаращила глаза.

— И как это я сразу не догадалась? Мне ведь Никочка говорила, что племянник еешный нам специалиста пришлет.

Я посильнее сжала челюсти и постаралась улыбнуться.

— Садись скорее, я сейчас тебе все-все расскажу. Про Ваську нашего. Ох, как жалко паренька, как жалко. И ведь никто не ищет его. Мать померла, в полиции наплевали. Говорят, Васька просто бродяжничать ушел. Дурак-человек, вот и пустился в путешествия. Да куда он уйдет? Он же сам ничего не сможет. Беспомощный совсем. Толку что двадцать лет. По уму не больше пяти. Совсем малец.

— А от чего умерла его мать? Сердце?

— Да какое там. Она бы никогда не позволила себе оставить сыночка своего, искала бы до последнего. Она же на уши тут всех подняла. Даже поисковый отряд приехал. Людей было уйма. Какая-то там Лиза у них предводитель. Прочесали поселок и близлежащие поля. У нас ведь и лесов тут нет – сплошная степь да степь кругом. И куда он мог провалиться?

— Может, утонул?

Бабушка перекрестилась.

— Мог, конечно. Но ведь вода была еще холодной. А он как ребенок. Не полез бы. Боялся, не любил он воду. Он хоть и недалеким был, но ведь человек. Кто хочет себе смерти или вред здоровью?

— Так и что случилось с матерью?

— Заболела. Вирус проклятый. Забрали ее в больницу. Уж как она сопротивлялась, как не хотела, а увезли. И назад уже не вернулась.

— Да. Жутко, – вздохнула я.

— Не то слово. Был человек и нет больше. И общество какое, никому ведь дела нет. Поискали, поискали мальца немного и забыли. И нет больше ни Васьки, ни его мамы.

— А дом и участок у них большой?

— Такой же, как у меня. Что, думаешь из-за земли могли убить?

— Я ничего такого не думаю, просто спрашиваю. Кому сейчас этот участок достанется?

— Да никому, наверное. Вон уже весь бурьяном порос. Дом быстро обветшает. Потом перейдет государству, наверное. Кому он тут нужен? Ни коммуникаций нормальных, ничего.

— Зато место какое чудесное, море… – сказала я.

— Ага, это ты еще здесь зимой не была. Ни отопления, ни воды. Эх.

Я купила банку сметаны и вышла от бабули. Прошлась до соседнего участка. Он и правда был небольшим, заросшим сорняками. Деревянный домик выглядел не лучше, чем на том участке, где я только что побывала.

Ушла я в расстроенных чувствах, не понимая, чем они вызваны. Пока до меня не дошло – вот эта абсурдность соседства. Прекрасное море, красивый «Желтый дом», хозяин с газонокосилкой и огромный участок, засаженный не только цветами, но и елями, соснами, пихтами. И старая бабушка с нарумяненными щеками да запущенным хозяйством и кривой избой. И мертвый дом рядом. Жизнь в чистом виде. Жизнь и ее исход.

Первый день на новом месте закончился. Я лежала на кровати и пялилась в потолок, на котором уже роились комары в ожидании легкой добычи. За стенкой о чем-то беседовали мужчина и женщина, хотя больше – женщина. Сразу недовольство, потом короткое объяснение мужчины. Потом тишина. Громкий хлопок. И неожиданный смех. Я поняла, что лежу и вслушиваюсь в каждый шорох, надеясь услышать какую-нибудь тайну. Правда говорят: когда у человека нет своей жизни, он начинает лезть в чужие. И пусть тетя Максима – большая фантазерка и придумала сходу маньяка, – какая мне разница? Если без таких вот выдуманных историй моя жизнь превращается в ненужную труху. Как тот дом на запущенном участке: ни смысла, ни радости. Пусть хоть так. Буду расследовать исчезновение бедолаги Василия. Это куда интереснее, чем просто лежать. С этими мыслями и уснула.