Книга Сделка, страница 108 – Стив Кавана

— Естественно, не видит! – хмыкнул Зейдер. – Какие уж тут возражения, когда каждую секунду курс акций «Рилера» валится все ниже и ниже, а если дело слушает судья, который имеет финансовый интерес в том, чтобы в результате закрытия дела курс опять подскочил и он смог сохранить хотя бы часть вложенных денег, то кому такой судья вообще нужен? Хочу вас предупредить, ваша честь: если вы продолжите, а пресса обо всем этом прознает, то слушание превратится в фарс, а ваша репутация очень серьезно пострадает.

— Да кто вы такой, чтобы учить меня профессиональной этике и обсуждать мою репутацию?! И не надо грозить мне прессой, мистер Зейдер. Вы сейчас на грани того, чтобы самому оказаться в тюремной камере! Увы, но суть в том, что, несмотря на любезную реакцию мистера Флинна, у меня просто нет иного выбора. Мне ничего не остается, кроме как самому взять отвод. Очень жаль, джентльмены. Утром я свяжусь с верховным судьей и попрошу его передать дело кому-нибудь другому. Боюсь, что предварительное слушание придется проводить с самого начала.

Решение было совершенно правильное, с доводами в его пользу тоже не поспоришь, но оно все равно оставило неприятный привкус у меня во рту. После победы над Портером я ожидал хотя бы более сочувственного отношения к своему клиенту – это был лишь первый из целой серии ударов, которыми предстояло сокрушить позицию обвинения. Однако, кроме Портера с подушками безопасности, крушить мне ее было пока нечем. А теперь и это орудие уплыло у меня из рук. И неважно, что про эту мою победу прознала пресса. Новый судья не станет принимать это во внимание, если только Зейдер опять не вызовет Портера в качестве свидетеля – а об этом надо было просто забыть.

Больше никто не произнес ни слова. Когда я вышел из кабинета Нокса, то увидел, что Зейдер поджидает меня в коридоре.

— Сами видите, Флинн, что вам меня не одолеть. В жизни не одолеть. Кишка тонка. Завтра я вас просто растопчу, и вы ничегошеньки не сможете с этим поделать. Если понадобится, я буду вышибать из кресла каждого судью, которого нам подсунут, – пока не попадется тот, что даст мне нужный результат. Плюс я еще подстраховался – заранее попросил созвать большое жюри на завтрашний вечер. Так что даже если вы каким-то чудом и выиграете предварительное слушание, то я сразу передам дело туда, а уж они-то точно предъявят ему официальное обвинение. А вам – шиш с маслом. Надумаете заключить сделку – подходите, договоримся.

Я дал Зейдеру уйти. Синтон поспешил вслед за ним. Он явно не хотел даже просто видеть меня рядом с собой. Огромная рука адвоката опустилась на плечо прокурора. Он дал Зейдеру свою визитку, и оба, переговариваясь на ходу, удалились за пределы слышимости. Джерри тоже подстраховывался – наверняка сейчас вызнавал, не подкатывал ли я к прокурору на предмет заключения внесудебной сделки. Небось втирал ему, что в нашей паре на него возложено ведение протокола и что любые договоренности должны обязательно проходить через него. Синтону сделка совершенно не в тему, и он явно прощупывал, успеет ли прикончить юного Дэвида до того, как тот подпишется спалить фирму в обмен на какие-нибудь поблажки по делу об убийстве Клары. Воспользовавшись тем, что Джерри затерялся в толпе, я ухватил Дэвида за рукав и потащил к боковому выходу из зала – тому, что вел к камерам временного содержания.