Книга Когда случается невозможное. Том 1, страница 121 – Ульяна Муратова

Спустя несколько месяцев регулярных тренировок я стала более собранной и ловкой, тело изменилось, и сейчас я ходила другим шагом. Несколько дней назад нас пустили на полосу препятствий, и я смогла продержаться около пяти минут. Похвальный результат для человека, который раньше не всегда мог без приключений войти в дверной проём. Или падал, запутавшись в собственных ногах. Или спотыкался о малейшую неровность на полу. Раньше я казалась себе угловатой и нескладной. Интенсивные тренировки дали уверенность в себе, улучшили осанку и позволили смотреть на мир твёрже.

Собираясь на завтрак, я рассматривала своё отражение. Лиля обучила меня разным заклинаниям для ухода за собой, и сегодня я впервые применила то, что она рекомендовала. Результат порадовал. В зеркале отражалась изящная, симпатичная девушка со стройным телом и длинными яркими волосами. Кожа сияла, а серые глаза смотрели с затаённой болью, которая, впрочем, лишь придавала глубины.

Какие бы эмоции я ни испытывала к Танарилу, приходилось принять, что он пробудил во мне женственность и чувственность. Он называл меня прекрасной и искренне восхищался моей красотой, заставляя поверить в его слова. Я больше не была незаметной замухрышкой Катей, которая годилась только на то, чтобы дать списать.

Сегодня в школьную столовую я спускалась одетая в новый наряд. Узкие штаны, обтягивающая короткая кофточка и длиннополый кардиган из тонкой шерсти. Его я откопала в магазине случайно и купила с большой скидкой. Видимо, не нашлось на него других охотников. К нему полагался ремень, но мне больше нравилось носить его нараспашку.

Иногда я надевала те вещи, которые нам выдали в начале учебного года, но чаще комбинировала их с другими. Сейчас всем в Высшей Школе было всё равно, кто и во что одет, и я пользовалась временной свободой.

Нужно сказать, что в смерти Телиуса нашёлся один безусловно положительный момент. Нас перестали пичкать феарой. Теперь её не добавляли в еду при готовке, а предлагали в качестве дополнительного соуса, который не пользовался особой — отрицательной — популярностью. По крайней мере, в школьной столовой.

После завтрака и тренировки мы отправились на лекцию. Последнее время по Теории Магии нам рассказывали о жизни и достижениях умерших магов. Чья-то биография была интересной, но некоторые жизнеописания поначалу вызывали отвращение и неприязнь. Затем я соотнесла, что «мерзкие» маги почему-то всегда оказывались альмендрийцами, а «хорошие» — ковенцами. После этого стала слушать вполуха. Приближающиеся экзамены были преимущественно практическими, теорию на них спрашивали не очень-то строго. Здесь вообще к учебному процессу относились халатно, предпочитая дать студентам самим тянуться за знаниями, а не впихивать оные в сопротивляющиеся умы.

— Катарина Развиднеева, тебя вызывают на совещание Малого Круга, — ворвался в аудиторию запыхавшийся посыльный. — Явиться немедленно.

Едва заняв место в аудитории, я удивлённо посмотрела на Лилю, поднялась, и только потом сообразила, что увижу Танарила. От осознания возможности встречи сердце забилось чаще, ладони вспотели, щёки загорелись румянцем. Я даже толком не заметила, куда ведёт меня посыльный, настолько сильно была поглощена попыткой обуздать свои эмоции и реакцию тела. Уже на подходе увидела Лимара, кинулась к нему и схватила за руку. От прикосновения к большой, шершавой ладони стало проще дышать.