Книга Второй шанс для наследницы, страница 89 – Мелина Боярова, Амари Санд

Три дня пролетели в лихорадочном бреду. Каждый день мы навещали Ирхана и Ксарию, приносили им продукты и наблюдали за тем, как они оба потихоньку восстанавливаются. Ксария чаще улыбалась, глядя на моего отца, а он светлел, стоило его взгляду зацепиться за хрупкую фигурку женщины.

На меня же визиты к озеру воздействовали странно. Каждый раз после возвращения кошмары усиливались, я просыпалась мокрой от пота и лихорадочно ощупывала горло. Пару раз при таком пробуждении присутствовал Кайен, встревоженный моими криками. Он спрашивал, что мне снилось, но я лишь качала головой и просила его уйти.

На третий день мы пришли к берегу озера и увидели две фигуры, стоящие у самой кромки воды. Отец опирался на плечо Ксарии, а ирбис внутри него больше не скулил. В осанке Ирхана появилась прежняя твердость, которую не вытравишь никакими ядами. Ксария Дедлиш тоже преобразилась, и будто сделалась моложе и грациознее.

— Пора возвращаться, — нарушил Кайен священную тишину. — Озеро даровало вам то, чего вы желали.

— Валесса, — отец развернулся и посмотрел на меня. Затем перевел взгляд на Ксарию, которая улыбнулась ему светлой улыбкой. — Фейлин была моим солнцем, а солнце, как известно, может быть только одно. Но Ксария стала для меня тем очагом, у которого я могу согреться. Она — моя пара, зверь признал ее.

— Я рада за тебя, отец, — шагнула им навстречу с улыбкой. — Если ты счастлив, то и мой ирбис будет спокоен. Думаю, Вельсар не будет возражать против вашего союза.

Ксария с благодарностью склонила голову и будто засветилась изнутри. Я по себе знала, как нелегко живется пустышкам. Их судьба предопределена и незавидна, редко кому удается познать настоящее счастье.

— Тебе тоже стоит здесь задержаться, Валесса, — Ирхан взял меня за руку и посмотрел в глаза. — Знаю, тебя одолевают кошмары. Эти Священные воды помнят твой первый оборот. Пусть же они заберут твои страхи и вернут уверенность в себе.

Ирхан и Ксария ушли, а я осталась стоять у воды. Вскоре в глубине тоннелей затихли звуки их шагов, а на меня обрушилась звенящая тишина. Кайен остался со мной, и долго молчал, не решаясь нарушить эту особенную атмосферу.

— Ты боишься меня, — произнес он с грустью. — Почему в твоих глазах я — палач, Валесса? В крепости ты горела огнем и кидалась на Шеридана, ничего не страшась. Но, когда я тебя касаюсь, ты замираешь, будто ожидаешь удара. Почему?

Я закусила нижнюю губу, глядя на то место, где мы когда-то рухнули в воду, и где мой ирбис проявился впервые.

— Я вижу сны, Кайен, — произнесла нерешительно, не зная, как рассказать правду так, чтобы он меня понял. — В них никогда не было сражения в крепости, не было моего зверя и нас в этой пещере. В тех снах меня выдали замуж за Шеридана, и он… Он, будучи моим мужем, связался с Эльмирой. Они насмехались надо мной, унижали. Моя жизнь в клане Тайгеров превратилась в кошмар. Однажды мой огонь вырвался, и я невольно превратилась в убийцу. Отец, ослабленный ядом, не смог сдержать меня и погиб. Каждую ночь я вижу эшафот и слышу, как ты зачитываешь приговор, а после палач отрубает мне голову. Я чувствую холод топора, чувствую, как он входит в плоть и дробит кости… — горло перехватило спазмом. — В этих снах ты — мой палач. Беспристрастный закон, который не знает пощады. Каждый раз, когда вижу тебя, то слышу твой хладнокровный голос. Шеридан был моим врагом, но ты… Я боюсь, что однажды сон станет явью.