Книга Триада, страница 14 – Ульяна Муратова

Я принесла ей котелок и миску.

— Ты как себя чувствуешь?

— Плохо. Ноги болят жутко. Всё болит. Но это ничего. Господь нам посылает только те испытания, которые мы способны выдержать. Всё будет хорошо. Сюда же дошли с Божьей помощью…

— Что?! — взревела Шура. — С божьей помощью?! Серьёзно?! А ничего, что это я тебя сюда волокла?!?

Она вскочила, разбрызгивая искры. Я сначала подумала, что она случайно разворошила костёр, и только потом поняла. Нет! Магия! С её рук капал жидкий огонь. Трава под ногами задымилась и начала заниматься.

— Шура, ты горишь! — взвизгнула я.

Она с перепугу отпрыгнула назад через лавку, на которой сидела. Затрясла руками, разбрызгивая пламень, а потом всё потухло, и оазис погрузился в ночь. Мы замерли, ослеплённые темнотой.

— И как это понимать? — сипло спросила Шура.

— Как то, что у тебя тоже способности есть. Ты магичка. Или магесса. Или магиня. Как тебе больше нравится?

Брюнетка разговор о феминитивах поддерживать не стала и только ошалело смотрела на свои совершенно обычные руки.

— Вот видишь, Господь… — начала было Алёнушка, но была тут же перебита.

— Завали своё едало, — страшным голосом приказала Шура, и заткнулись все.

Кажется, даже насекомые перестали стрекотать в отдалении.

Я нервно вздрогнула и постаралась слиться с пейзажем. Учитывая некогда бывшую белой рубашку, это была не такая простая задача, но жить захочешь — и не такое сумеешь.

Шура несколько раз тряхнула руками. Походила кругами. Уставилась на свои ладони. Потом подняла глаза на меня.

— Интеллект, а у тебя магия есть?

— Я пока ничего такого не чувствую, — с сожалением ответила я.

Иметь дар хотелось. Особенно сильный. И редкий.

— Алёна, думаю, тебе лучше Шуру не злить. Она способности явно не контролирует, как бы чего плохого не вышло, — примирительно заключила я, радуясь, что до банального мордобоя у нас не дошло.

Пока не дошло. Что же мне теперь, всё время их разнимать?

— Я Алёнушка, — упрямо прошептала та.

Я глубоко вздохнула и медленно, под счёт, выдохнула. Если честно, желание дать ей леща появилось и у меня. Хотя я категорический противник физических наказаний.

— Алёнушка, будь лапушкой, не провоцируй Шуру, — ласково попросила я.

Спать не особо хотелось, но делать было нечего. Не в слова же играть? Помаявшись в тишине ещё около часа, мы легли, прижавшись друг к другу. Я — посередине, потому что Шура категорически отказалась даже касаться сектантки.

Во всём есть свои плюсы. Ночью в темноте они не трепали нервы и грели с двух сторон. Сверху мы накрылись одеялом, на котором спала Алёна. Уснули вроде бы нормально.

А спустя несколько часов проснулись от холода. Я ещё ладно, а вот Алёна дрожала. Тонкое одеяло почти не давало тепла, поэтому я приобняла её, чтобы согреть. Но снова уснуть не получилось.

— Может, воды попьём горячей? — тихо предложила я.

— Да, хорошая идея, — простучала зубами Шура.

Я выбралась из-под одеяла и вышла из беседки на холод, чтобы скипятить воды, и почти сразу пожалела о своём альтруизме. Зря я на одеяло грешила, давало оно тепло. Оказалось, что за ночь костёр угас. Большое бревно вроде ещё тлело, но раздуть огонь не получилось.

— Костёр потух. Шур, может, ты того… магией попробуешь разжечь?

Брюнетка поднялась и подошла к кострищу. Вытянула руки и напряжённо на них уставилась. Ничего не произошло. Она ещё минут пятнадцать помучилась, а потом скомандовала: