Книга Триада, страница 10 – Ульяна Муратова

— А мы на Алёнушке проверим. Во-первых, её не жалко. Во-вторых, с ней божья помощь, — язвительно прошептала Шура в ответ.

— Злые вы, — тихо сказала Алёна.

— Ну так уйди от нас, — с ядовитым смешком предложила грубиянка.

Мы помолчали. Солнце начало ощутимо припекать. Стая рогатых кабанов перебралась на дальний конец довольно внушительного по размерам оазиса.

— Сидите тут, я на разведку до беседки, — сказала Шура и на полусогнутых отправилась туда, раздвигая руками ветки растений.

На тёмно-бордовом фоне её тело выделялось ярким пятном, поэтому следить за её перемещениями не составило труда даже для меня. Она дошла до беседки с высоким полом, возвышающимся над землёй на полметра, и обошла постройку по кругу. Побродила на поляне, подошла к кромке воды.

— Идите сюда, — крикнула она, нарушая все возможные правила маскировки.

Я подхватила Алёнушку под руку и едва не осела обратно в кусты под её тяжестью. И как Шура так долго волокла её за собой? Это ж сколько сил надо иметь?

До беседки мы еле добрались. В какой-то момент я даже хотела позвать Шуру на помощь, но потом представила, что она может ответить, и не стала. Она к тому моменту распотрошила стоящий в беседке сундук и вытащила две рубашки. Ту, что побелее и поцелее, оставила себе, вторую протянула мне. Алёне кинула кусок ткани — то ли пелёнку, то ли небольшую простыню — и верёвку. Я помогла блондинке изобразить из этого подобие платья и завязала верёвку над плоской грудью.

— Ладно, живём. Тут ещё есть пара одеял на рыбьем меху. По виду на них семеро сдохло, но, судя по всему, было это лет сто назад, так что можно не париться, — сообщила Шура, перебирая сундук с растрескавшейся крышкой. — Котелок без ручки, нож со сломанным лезвием, лупа поцарапанная, дырявая шляпа… Девочки, я поняла. Мы нашли сокровищницу дракона-бюджетника.

Я натянула рубашку, забралась под крышу и легла, вытянув ноги, прямо на голый каменный пол. Порывшись в сундуке ещё минут пять, Шура извлекла ещё одну верёвку, мятую металлическую миску и некогда трёхзубую вилку. Посмотрела на них и сложила обратно.

— Вы как хотите, а я пойду искупаюсь, — она потянулась и размяла шею.

— А вдруг вода отравлена? — с сомнением спросила я.

— Что ж, во всём есть свои плюсы. Если вода отравлена, то я наслажусь не только купанием, но и возможностью не наслаждаться больше вашей компанией.

Брюнетка философски пожала плечами и бросила рубашку на импровизированную каменную лавку перед беседкой. Прямо за ней темнело пятно кострища в окружении поставленных на ребро плоских камней. Чуть подальше имелась ещё одна похожая лавка без спинки. Видимо, люди тут бывали, но, судя по занесённому песком кострищу, нечасто.

После купания Шура вернулась посвежевшая и довольная.

— Так, я в кустики и спать. Как раз марево переждать. А вечером что-то попробуем сообразить пожрать. Это если нас не спасут до того момента.

Обернулась на Алёнушку, но она уже отключилась, подмяв под себя сложенное пополам одеяло. Я взяла и последовала примеру Шуры. Дико хотелось пить, но делать это прямо из пруда? Надо бы воды вскипятить в котелке. Но для этого сначала нужно собрать дрова, а потом как-то их разжечь.

При погружении в воду кожу между ног защипало ещё сильнее, и я с опозданием подумала, что сделала глупость. Занесу ещё какую-нибудь заразу в ссадины. Но вода подарила такое блаженство, что я проигнорировала доводы разума.