Онлайн книга «15 жизней Этейн»
|
Гао-Цзун больше не был ласков и нежен. Болезнь, невозможность править страной превратили его в жестокого, полубезумного варвара, единственное желание которого было совокупляться как можно чаще и дольше. За окном давно проснулось солнышко, обагрив небо в золотистые и розовые сполохи. А она все так же лежала на спине, животе, боку, раздвинув, закинув и задрав повыше и пошире ноги, чтобы древко Императора не промахнулось и достигло желаемой цели — её восхитительного естества. «Ангел! Ты, вероятно, видишь, что со мной делает мужчина. В красках и подробностях. Ты считаешь, что я достойна этих мучений?» Она не услышала ответа, потому что Ангел стоял рядом с кроватью Императора и уже много часов наблюдал за происходящим в этой комнате. Он любовался прекрасной, вечно молодой Этейн и не мог понять своих чувств, тех, что приближают его к нарушению запретных параграфов договора с Высшим Советом КОН. ч.2 Китай гл. 16 Китай. 673 год нашей эры Ангел-Нейл стоял рядом с кроватью Императора. Было нестерпимо, ужасно, невыносимо смотреть на мучения его любимой души Этейн. «Что я делаю? Я не должен находится здесь, мне нельзя смотреть, восхищаться, печалиться, радоваться, любоваться, желать и любить её душу. Строго запрещено, иначе меня уничтожат и направят на планету Фаэтон, дабы я проживал судьбу особей, очень далёких от разумных. Эта планета ещё сравнительно недавно была заселена живыми существами, и до уровня эволюции Землян жителям Фаэтона было ещё очень далеко. Даже если я буду низвергнут на Землю, именуемую адом, мне будет не так горько, как подвергнуться параграфу № 2 решения Совета КОН: выполнить непререкаемую заповедь — никогда, ни при каких обстоятельствах не позволять сущности Ангела испытывать чувства любви или привязанности к опекаемой им душе, или к кому бы то ни было на планете Земля и других планетах всех систем необъятного Космического пространства. В случае нарушения заповеди Ангел Нейл будет подвергнут уничтожению и стиранию личности из истории и архивов КОН. И переубедить членов Совета совершенно невозможно! Единственное, что я могу...» * * * Император, издав животный рык, с силой раздвинул ноги женщины и приготовился снова овладеть ею. В изнеможении она закрыла глаза, чтобы ничего не видеть. Но к сожалению слышать и чувствовать она не перестала. «В конце-концов, смирившись со своей судьбой, нечего пенять на то, что у тебя нет сил. Как там говориться в китайской пословице? Видишь ветер — меняй направление. Но как же это омерзительно! Не знаю, как долго я ещё смогу выдержать насилие над собой. Ну, что же он? Быстрее бы сделал своё дело, и я, наконец, уйду. Ведь не железная, и уже на грани». Она открыла глаза и, не поверив своему счастью, горько заплакала. Император так и застыл в неестественной позе, нависая над телом измученной женщины. Закрыв лицо руками, Этейн так горестно рыдала, что Ангелу пришлось её обнять, и, ласково утешая, шептать на ушко нежные слова: — Милая. Не плачь, все прошло. Я здесь, с тобой. Больше он тебя не тронет. Ну, что ты хочешь? Куда желаешь полететь? Приказывай, душа Этейн. Я на все согласен. Она подняла голову. Глаза её заискрились, лицо осветилось милой улыбкой. Она прижалась к Ангелу, пытаясь уловить стук сердца, но он, печально улыбнувшись, отстранился: |