Книга Мой. Чужой. Истинный, страница 24 – Анна Сафина

Вместо четких фраз я произносила слова шепеляво, чувствуя, как рот распирает от выдвинувшихся клыков. Со мной такого никогда не происходило.

— Я позову Айвена! — воскликнула Лаисса и заработала крылышками, довольно резво вылетая из комнаты.

Вскоре внутрь ворвался нагваль. Вид у него был взъерошенный и обеспокоенный, сильфида его накрутила, судя по всему, однако при виде меня сначала он оцепенел, а затем расплылся в довольной улыбке.

— Ты вся горишь, волчонок, — произнес он без издевки, наоборот, с довольством в голосе.

— Што?

— Лаисса была не права, когда решила, что ты не станешь волчицей. Прямо сейчас у тебя проходит первая волна оборота. У самочек она обычно проходит в три этапа: впервые в возрасте пяти лет, затем — в возрасте семи, а третий, финальный, когда тело полностью готово к трансформации, приходится на девятилетие. В общей сложности, это занимает пять лет, так что думаю, что на свое двадцатитрехлетие ты станешь полноценной волчицей.

Глаза Айвена затуманились, когда он подошел ближе и будто обласкал меня взглядом с головы до ног. От него отчетливо исходили флюиды возбуждения. Я словно наяву услышала нетерпеливый рык его волка, а затем мои волоски на загривке встали дыбом, когда на ином, не физическом, уровне прошла жаркая волна, заставившая меня всю покрыться испариной.

Дрожь тела. Тягучее томление внизу живота. Со мной такого никогда не происходило.

— Что ты делаешь, Айвен? — просипела я.

— Я? Ничего, — удивился он, но глаза выдавали озорство. — Это волк шалит, чувствует твоего волчонка.

— Волчонка? — фыркнула я и застонала, ощутив, как меня накрыло очередной горячей волной от макушки до кончиков пальцев ног. Чувство, будто меня окатили сначала ледяной водой, а затем резко кипятком. Не сказать, что неприятно, но сюрпризы я не любила.

— Я никогда не слышал о том, чтобы самка обрела волчицу в таком возрасте, но мой зверь чует, что твоя волчица — не полноценная самка, готовая к оплодотворению, а еще щенок, который будет взрослеть по мере сил. У нас есть пять лет, чтобы взрастить его, а затем тебе нужно будет как можно чаще перевоплощаться, чтобы ускорить рост. А после… — вдруг многозначительно замолчал он.

— Что после?

Мои губы сомкнулись, и я провела языком по нижней, чувствуя кончиком, как они обветрились.

— А после мы сможем завести потомство, масойя, — раздался его грубоватый низкий баритон, пропитанный томительным предвкушением.

Я сглотнула вязкую слюну чересчур громко, что не ускользнуло от его внимания, а затем поджала бедра.

— Так долго терпеть? — вырвалось из меня непроизвольно, и мои щеки сразу окрасились в багровые оттенки. Черт.

Айвен расхохотался, но в его голосе не звучало издевки. Нет. Он был польщен и доволен.

— Поверь, эти годы мы проведем с пользой, масойя, — прошептал он и провел пальцами вдоль внутренней части моего предплечья. Незамысловатая ласка вызвала у меня мурашки и приятные покалывания, но я не двинулась с места, чувствуя себя дичью перед хищником. Его нижняя челюсть выдвинулась вперед, а сверху выдвинулись внушительные клыки, которые не помещались в рот. Скулы покрылись шерстью, зрачок пожелтел, а черты лица заострились. Он был на грани оборота, но не так, как я. Чувствовалось, что Айвен полностью контролировал процесс и свою физическую реакцию на меня. Вот только…