Книга Обуздать любовь, страница 11 – Ольга Персиянова

Громкой трелью проголосил звонок с урока. В классе поднялся шум, все засуетились, собираясь на выход.

— Софья, останься, – строго сказала Марина Алексеевна, учительница алгебры и геометрии.

Мы с одноклассницей, которую тоже звали Софьей, переглянулись. Увидев наше замешательство, учительница уточнила:

— Романова.

Внутри похолодело. Марина Алексеевна никогда не просила меня остаться. Я хорошо знала её предмет и была среди любимчиков.

— Всё будет хорошо. Мы тебя на географии ждём, – шепнул мне Саша, уходя из класса.

Я дождалась, пока никого не осталось, и подошла к учительнице. Ладони вспотели, и стало невероятно душно. Марина Алексеевна внимательно смотрела на меня из-за своих бликующих очков в золотой оправе и недовольно поджимала губы. Она протянула мне знакомый листок с контрольной. В правом нижнем углу красовалась выведенная размашистым почерком красная тройка.

— Неожиданно плохой результат. Тройка и та с натяжкой. У тебя что-то случилось? – озадаченно поинтересовалась Марина Алексеевна.

Можно ли ей рассказать о том, что у меня произошло? Да и поймёт ли она? И можно ли считать это достаточно важной причиной, чтобы получать тройки? Родители бы сказали, нет. «Учёба должна быть на первом месте».

Я покачала головой и протянула лист обратно:

— У меня всё в порядке.

Марина Алексеевна сложила руки на груди, пригвоздила меня к месту тяжёлым взглядом и добила неподъёмными словами:

— Чтобы это было в первый и последний раз. Иначе придётся оставлять тебя на дополнительные занятия.

Я молча кивнула и поудобнее перехватила сумку, а уже в коридоре поняла: в этой тройке виноват Ярослав, которого я ждала у денника до ночи. В голове тут же вспыхнуло воспоминание: его нежное прикосновение и резкие слова. Такой яркий контраст. Электрический ток снова прошиб тело. Я неосознанно потёрла то место, до которого парень дотронулся, и поспешила на географию.

* * *

Я бежала по лужам, и брызги разлетались вокруг сверкающими бриллиантами. Несмотря на то, что температура на улице приближалась к нулю, мне было очень жарко. Шарф, наспех накинутый на шею, разболтался и тянулся за мной, словно флаг. Я прибавила ходу. Дыхание сбилось, и в боку закололо. Если бы не моё навязчивое желание посмотреть на тренировку Ярослава, то я бы сейчас не опаздывала на автобус до дома.

С момента первой тройки по алгебре минуло две недели, и результаты невнимательности на уроках и наплевательского отношения к учёбе посыпались градом, от которого невозможно было увернуться. Двойки, тройки и даже один кол. Какой позор! Таких плохих оценок у меня не было никогда. Я срочно начала исправлять ситуацию, повторяя материал дома и отвечая на уроках, но времени на всё не хватало.

Несколько дней я засиживалась до ночи с тетрадями и учебниками, но на следующий так плохо соображала из-за недосыпа, что схватила ещё два трояка. Придётся поступиться временем на конюшне. Ведь, когда родители покупали мне Страдивари, мы договорились: «Спорт учёбе не мешает». И я, конечно же, согласилась с этим. Что ж, теперь нужно брать себя в руки, пока новости о моей учёбе не дошли до мамы и папы.

Влетев в закрывающиеся двери автобуса, я долго не могла восстановить дыхание. Мыслями я всё ещё была на манеже, наблюдала за тем, как Летс Гоу и Ярослав выполняют один из сложнейших элементов выездки – пируэт. В реальности я была зажата между запотевшим стеклом и полной женщиной в круглых очках. От неё разило кислой капустой, а её набитая сумка упиралась мне под колено.