Книга Поклянись, что это правда, страница 79 – Меган Брэнди

— Научиться можно, только если делать это со мной.

— Звучит как принуждение.

Он приподнимает темную бровь.

— Сегодня ты пришла сюда против своей воли?

Я показываю Ноа облепленный едой язык, он качает головой и смеется.

Мы смотрим «Superперцев», ужасно смешной старый фильм^[26]. Я поворачиваюсь к Ноа.

— Так я могу выбрать меню? Ну, в смысле, что мне готовить.

— Можешь, если мы будем готовить по очереди.

— Ну, если ты не против лапши быстрого приготовления и чипсов…

— Я иногда ем лапшу.

— Наглая ложь.

— Не-а.

— Разве может парень, который умеет так шикарно готовить, есть лапшу быстрого приготовления?

— А ты пробовала ее приправить? Немного лайма, можно добавить соус тапатио и кинзу.

Я таращусь на него, он усмехается и добавляет:

— Еще с лапшой хорошо идут вареное яйцо, соевый соус и соус сирача.

Я трагично моргаю, и он кидает в меня салфетку.

— Ладно, твоя взяла, – уступаю я. – Ты выбираешь меню, но надо как-нибудь обязательно приготовить лапшу. Хочу попробовать все варианты, от самого простого до изысканного.

Ноа кивает:

— Я научу тебя.

— Хорошо. – Я приподнимаю подбородок. – Начнем в воскресенье?

Он хмурит лоб, и я быстро добавляю:

— Ну, то есть когда у тебя будет свободное время. Может быть, после закрытия сезона.

Заткнись уже, Ари.

— Я не хочу ждать закрытия сезона, Джульетта. – Ноа старается говорить серьезно. – Просто по воскресеньям я не могу, вот и все.

И твоя балерина, и ты, вы оба в этот день заняты…

Я чувствую, как недовольство вот-вот расползется по моему лицу, но мне удается сдержать его.

— Как насчет того, чтобы окончательно закрепить для наших встреч понедельник и добавить к нему еще и среду? – спрашивает он. – Такое расписание мне удобней всего, тренировки у меня по утрам, а занятия заканчиваются до обеда. А у тебя?

— Да.

Он непонимающе смотрит на меня, я трясу головой и на мгновение зажмуриваюсь.

— Я хочу сказать, что и у меня так же. – Что я несу? Я поворачиваюсь к нему. – У меня, конечно, нет никаких тренировок, но эти дни мне тоже подходят.

Ноа перестает улыбаться, а я удивляюсь про себя: что такое со мной происходит?

К счастью, мне удается взять себя в руки, и когда Ноа провожает меня домой, мы смеемся и шутим.

На следующий день, проснувшись, я обнаруживаю сообщение от Ноа, в котором он пишет о «предполагаемом» меню. Чтобы не забыть о встрече, добавляю наши планы в свой календарь, а потом ищу его в сервисе мобильных платежей Venmo. Он написал, что зайдет в магазин, поэтому отправляю немного денег.

Ноа тут же возвращает их.

Сегодня среда, мы почти закончили с первым блюдом. Я прокрадываюсь в ванную и засовываю сорок баксов в маленькое отделение его рюкзака. Возвращаюсь на кухню, прежде чем он успевает что-то заподозрить.

Ноа подносит ложку ко рту, и я завороженно смотрю, как он дует на нее. Убедившись, что я не обожгусь, он подносит ложку к моим губам.

— Попробуй.

Его глаза такого интересного голубого оттенка… Яркие и в то же время темные, будто затянутые тучами… Должно быть, такие глаза у Посейдона, бога моря. В них намек на одиночество и дикость неприрученного зверя. Интригующий цвет, одним словом. Или, может быть, это эмоции, которые я не в силах расшифровать.

А как я могу расшифровать эти эмоции?

— Джульетта?

Я моргаю и прищуриваюсь, глядя на ложку.